Книга Предание о лисьих следах, страница 119 – Александра Рау

После ужина я, не нарушая привычный порядок вещей, направился в библиотеку. Поздним вечером там всегда бывало пусто – если кто-то из придворных и читал, то у себя в покоях, – однако быть замеченным по дороге к книжному хранилищу мне было необходимо. Больше получаса проблуждав между стеллажами в тщетных попытках сосредоточить свое внимание на каком-либо из многочисленных названий на переплетах, я все же решился на авантюру.

Глупую, безрассудную авантюру.

Никогда прежде там не бывав, я направился в правое крыло третьего этажа. Если я верно интерпретировал слухи, покои Ариадны находились именно там.

Сориентироваться на месте без точных данных было практически невозможно. У каждой из одинаковых дверей крыла стояло одинаковое количество стражи, а их лица выражали одинаковую тоску и невозмутимость; казалось даже, что и стражники везде стоят одни и те же. Никаких опознавательных знаков, надписей, рисунков. Потеряв уверенность и обретя проблески разума, я уже начал поворачивать в обратном направлении, пока кто-то не увидел меня в месте, где я находиться не должен, как одна из дверей распахнулась, и из нее выбежала хрупкая служанка с рубашкой в руках. Рубашкой, которая тем утром красовалась на Ариадне.

Оглядевшись по сторонам, я сделал несколько шагов по направлению к нужной двери, пока будто не уперся в невидимую стену. Вероятно, так мой разум пытался достучаться до взбунтовавшегося сердца. Неужели во всем замке была лишь одна рубашка подобного кроя? Что, если я ворвусь в покои к другой женщине – возможно, слишком юной или, напротив, замужней, – и меня с позором выгонят из замка? Это мог быть кто угодно, и если я ошибусь…

– Придурок!

Одно резкое движение, и я оказался по ту сторону двери.

Ариадна раскраснелась от ярости. Пытаясь подыскать слова, что в полной мере выразили бы ее негодование, она дышала, будто загнанный конь.

– Твоя стража… – прошептал я, рукой указывая на дверь. Пальцы мои дрожали. В ее присутствии я робел, а осознание совершенной глупости окончательно меня обезоружило. – Если им заплатить, они промолчат?

– Они и так промолчат, – бросила она. – Они мне должны.

– Я не хотел доставить вам неудобства, Ваше Высочество, просто… глупый порыв.

Весь гнев пропал с лица принцессы, сменившись растерянным разочарованием. Опустив глаза, она глубоко вдохнула, но вдруг закашлялась. Из коридора послышались шаги. Ариадна подбежала к двери, высунула голову, и, сославшись на плохое самочувствие, приказала прислуге не приходить до утра. Никакие уговоры служанки принцессу не переубедили. Закончив разговор, она закрыла дверь на щеколду.

– Раз уж я прогнала Мию, тебе придется помочь мне со снятием платья, – равнодушно констатировала она, и я отметил знакомое имя. – Я не протяну в нем больше ни единой минуты.

– Как скажете, Ваше Высочество.

Мы давно не были наедине, и я совершенно позабыл, каково это. Не знал, как стоило вести себя: как с незнакомкой, напавшей на меня в лесу, как с девушкой, которая, наплевав на правила, сбегала, чтобы мы могли обсудить созвездия на ночном небе, или как с принцессой, перед отцом которой я ежедневно преклонял голову. Между нами образовалась пропасть, природа которой ясна: я наконец осознал, что она в самом деле принцесса. Наследница престола, обещанная другому наследнику. Я не был бы достоин ее взгляда, даже если бы и вправду происходил из знатной семьи Сайлетиса; а о том, чего достоин обычный эльф, забивавший кабанов на охоте дважды в месяц, не приходилось и задумываться.