Книга Падение Луны, страница 59 – Анхель Блэк

– А как же всякие бесы или другие низшие существа? – неожиданно спросил Грей. – Я видел, как они бросались в бой, даже заведомо проигрывая. У них нет страха?

– Есть. Но ты должен понимать, что, даже будучи живыми существами, мы разные. Люди, Божества, Грехи и Демоны обладают разумом. Когда мыслишь, ты умеешь делать расчеты в своей голове и предполагать, чем закончится та или иная ситуация для тебя. – Фергус коснулся двумя пальцами собственного виска. – Например, ты знаешь, что падение человека с большой высоты – это смертельно. Поэтому тебе страшно от высоты. Я знаю, что пентаграмма изгнания для меня – это билет в один конец, поэтому мне страшно угодить в нее и нарваться на Мастеров. Мы оба тут боимся. Бесы и им подобные не способны анализировать, поэтому может показаться, что они бесстрашны, но покажи им горящую пламенем фулу и пергамент – и они тут же отпрянут. Ведь они чувствуют чуждую энергию для них. У них есть страх, просто он отличается от других.

– Как все сложно устроено, – вздохнул Грей.

– Крестейр гораздо более многогранен, чем даже я тебе могу рассказать, – хохотнул Фергус, а затем подвинул ближе к мальчику тарелку с ореховым печеньем. – Не обязательно знать все, чтобы жить спокойно, Грей. С твоим Даром мы справимся вместе. Я не Мастер, но кое-что знаю, так что смогу дать тебе немного теории.

– Спасибо, – вздохнул Грей. – Так значит… я могу остаться?

– Что за вопросы? Конечно, я же не выгонял тебя.

– Неважно, – смутился мальчишка, хватая с тарелки печенье и затыкая себя им.

* * *

Грей распахнул глаза, едва не поперхнувшись от того, как глубоко вдохнул. Перед ним простиралась такая непроглядная тьма, что казалось: протяни руку – и она утонет по локоть в чернильном нечто. Через плотно задернутые шторы не проникало ни частицы света с улицы, хотя Грей знал, что сейчас полнолуние и луна всегда светила прямиком в окно в спальне.

В тишине послышался скрип половиц сверху, какой-то невнятный треск и шуршание. Грей захотел сесть, хотя глаза еще не привыкли к темноте, и казалось, если он встанет, то ударится обо что-то лбом, но неожиданно не смог этого сделать. Мастер почувствовал, как от затылка вниз по спине пробежался липкий жар зарождавшейся паники, и глубоко задышал, приводя мысли в порядок. Что-то тяжело опустилось на грудь, вдавило в постель бестелесным теплом и замерло так. Грей задохнулся, силясь разглядеть что-то над собой, но было все так же темно.

Мастер хотел выругаться, сказать хоть слово, но язык превратился в онемевший кусок плоти и просто не двигался, мешая дышать. Теплая тяжесть на груди переместилась, как будто что-то невидимое уселось удобнее и склонилось над ним. Грей почувствовал холодное дыхание на своем лице и постарался вжаться затылком в подушку так сильно, насколько мог.

Нечто снова дыхнуло на него колким морозом, от которого неприятно защипало щеки и нос, коснулось его горла. Грею неистово захотелось задергаться, закричать, вырваться из этого, но он смог только беззвучно раскрыть рот и запрокинуть голову, уходя от прикосновения.

«Будь хорошим мальчиком и не ори».

Голос Деворика прогремел в голове набатом, усиливая хаос и разруху в разуме. Грей зарычал, зажмурился и распахнул глаза, чтобы прийти в себя, и увидел над собой размытое лицо с красными светящимися глазами, двигающимися плавно в стороны и середину, словно плавающие в черном киселе яблоки.