Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 45 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

Разбойник поспешил отвернуться и сесть за стол. Старуха поставила перед ним тарелку с щедрой порцией густой ароматной каши.

– Ты как, пойдешь уже или еще погостишь? – спросила хозяйка, когда они приступили к еде.

Разбойник дернулся. Мысль о том, чтобы остаться в этом доме еще хоть на одну ночь, вызвала в нем чувство, доселе так редко его посещавшее, – ужас.

– Пойду, матушка, домой вернуться хочется, – соврал он.

– Эх, жаль, жаль, одиноко одной мне тут, да и тяжело уже. Дров хоть нарубишь мне, а, сынок?

– Конечно, – Разбойник нервно сглотнул, вспомнив острый серп в руках женщины из кошмара, но отказать не осмелился.

И он нарубил дров, помог сложить их в дровник, достал из подпола мешок репы и даже починил разболтавшуюся дверь. Старуха же приготовила ему сверток на дорожку: ломоть хлеба, несколько яиц, сыр – целый пир после месяцев в застенках.

Когда солнце завершило свой подъем по небосводу, Разбойник понял, что тянуть дальше нельзя.

– Спасибо тебе, матушка. Пора мне. Хочу дотемна до следующего села добраться.

– Конечно-конечно, сынок, ты иди, я дальше уже управлюсь.

Прежде чем уйти, Разбойник зачем-то обернулся.

На пороге избы стояла черноволосая женщина с серпом в руке и алым венцом на непокрытой голове.

– И смотри, старушек впредь не обижай, – подмигнула она, прежде чем закрыть дверь.

Разбойник вздрогнул и со всех ног помчался по глубокому снегу прочь от проклятого дома. Но слова женщины продолжали звенеть у него в ушах.

Борис Хантаев

Посвящается моей подруге

Часть первая

До главного зимнего праздника оставалось буквально несколько дней, поэтому Антон так хотел сделать Вере сюрприз. На хороший подарок денег, как всегда, не было. Откуда деньги у молодого безработного парня, играющего в группе? Их недостаток он восполнял вниманием к мелочам. Как там говорится, романтику придумали нищие мужчины.

Вера была той еще фанаткой лютого тру-крайма, и именно из-за нее они оказались на кладбище в то снежное утро. Правда, в их компании находился еще один человек, Матвей, который совсем не понимал, нафига Антон позвал его в такую холодрыгу на погост. Да, он играл в их группе гот-металл-панк, но кладбища никогда не привлекали Матвея, а лишь нагоняли смертельную тоску. По сути, кладбища для этого и созданы – чтобы бесконечно тосковать.

И вот весьма своеобразная троица, одетая во все черное, шагала по хрустящему плотному снегу, оставляя за собой следы среди надгробий и крестов. Темное пальто Матвея развевалось на ветру. Антон, в кожаной куртке с металлическими заклепками, держал под руку Веру, глаза которой скрывала повязка, чтобы она не догадалась, куда ее привели.

– Сюрприз! – сняв повязку, прокричал Антон, когда они остановились возле самой обычной надгробной плиты, ничем не примечательной для рядового человека.

Но вы же помните, Вера была не обычным человеком, а лютой фанаткой тру-крайма. Поэтому, увидев имя на плите, она завизжала, как поклонница Джастина Бибера при встрече со своим кумиром.

– Не может быть! Это же могила Кожевника! – не веря собственным глазам, взволнованно выдала она, а после полезла сосаться с Антоном.

Конечно, «сосаться» – не самое литературное слово, но если посмотреть на ситуацию глазами Матвея, который в сторонке просто охеревал от происходящего, по-другому и не выразишься.