Книга Ледяная ночь. 31 история для жутких вечеров, страница 166 – Саша Гран, Анна Щучкина, Евгения Липницкая, и др.

– В мерзкую улитку? Врешь ты все! – беззлобно пропищал другой тощий мальчуган, но юный рассказчик и не думал обидеться.

Глаза его горели неприкрытым воодушевлением.

– А еще там жарят каштаны… Они так славно пахнут… Печеным картофелем, семечками, орехами и… – Адриан запнулся, чувствуя, как рот предательски наполняется вязкой слюной. – Они взрываются, если их запульнуть в кого-нибудь.

– В кого, например? – удивленно воскликнула Сорняк. Ее неспроста так окрестили: девчонка, как сорная трава, назойливо лезла к мальчишкам, словно стыдясь общества подруг.

Впрочем, все уже давно подозревали, что она по уши втюрилась в старшего.

Адриан по-бунтарски ухмыльнулся и привычным движением взлохматил волосы.

– В мадам Швабру, конечно.

– Мало она тебя лупила, еще хочешь?

Дерзкие глаза старшего сделались совсем черными, а лицо не по возрасту посерьезнело:

– Она за все ответит, вот увидишь. И за гнилые овощи на обед, и за то, что заморила Волчонка, и за… – Он подавился словами и замолчал. Образ Волчонка столь живо предстал перед его глазами, что парню стало дурно.

– Если бы мы не были сиротами, наши родители вступились бы за нас, – тяжело вздохнул Муравей, плюгавый паренек с рыжей копной волос и россыпью бледных веснушек.

– Это еще неизвестно, сироты мы или нет, – наставительно возразила Сорняк. Она, как и многие девчонки, любила поумничать.

– Глупая, – беззлобно запротестовал Муравей. – Посмотри вокруг… – Он театральным жестом обвел тощей рукой маленькую комнату: обшарпанное логово скорее тараканов, но никак не людей.

Сквозь щели между ставнями проникал ледяной ветер, по-хозяйски шныряющий по кроватям и забирающийся под дряхлые одеяла, повсюду слышались тревожные скрипы и шорохи, под ногами скорбно темнел пол из кирпичей, не менее холодный, нежели сердца здешних воспитателей.

Муравей больше не произнес ни слова, однако друзья отлично его поняли: родители, будучи в полном здравии и рассудке, никогда бы не отправили своих чад в этот приют. Клоповник. Здесь не воспитывали, а медленно убивали. В авиньонском обществе мадам Швабра считалась благородной и весьма милосердной дамой, ибо содержала приют для брошенных детей и сирот. Однако только Адриан и его компания знали, что она, в сущности, ведьма и уже давно продала душу злу. Когда мадам, точно драная метелка в руках умелой уборщицы, носилась по запыленным углам своего учреждения, раздавала оплеухи и сыпала оскорблениями, за ней мрачным взводом вышагивали призраки мертвых детей, которых она уморила.

– У меня есть идея! – вдруг энергично воскликнул Адриан. – Сегодня сочельник, за нами следить особо не будут… Я предлагаю залезть к нейв кабинет!

– К н-ней? – неуверенно проблеяли со всех сторон. Бедные запуганные дети, они со стороны напоминали скорее маленьких барашков, нежели людей.

– Да, к Швабре.

– Но зачем?

– Хочу порыться в наших документах и узнать имена настоящих родителей. Уверен, у старой карги есть тайная дверь в подвал, где они все лежат… Мертвые.

После этого заявления в комнате как будто стало еще темнее, а свеча дрогнула и погасла. Как и надежда в их сердцах.

– Кто со мной?

Тишина повисла в воздухе. Как бы ни было сильно желание отыскать настоящих родителей или хотя бы узнать про их судьбу, страх оказаться обнаруженными был все же сильнее. Он ржавчиной въелся в сердца ребят, заставлял молчать, когда их награждали унизительными побоями, и осушал слезы, когда бедняг в качестве наказания без еды и воды сутками держали в черной комнате.