Книга Мы придём из видений и снов, страница 57 – Яна Вуд

– Скажи что-нибудь новенькое, – фыркнула Харпа.

– Это всем известно, – кивнул целитель. – А если человека нежить оцарапает, чаще всего ничего не произойдет. Рана просто будет гноиться и заживать дольше обычного. Но бывает, крайне редко, когда через такую рану проникает в тело человека… нечеловеческое. И раненый заболевает, называют это мертвецкой хворью. Сперва человека лихорадит, он может гореть, метаться в бреду, может даже загинуть. Но если тело и дух его сильны, он станет тем, кого мы видим сейчас. Получеловеком-полунежитью. Дэронги дали такому существу название хелмера, что на всеобщем означает «та, которой коснулась Смерть». Их боятся, верно, не меньше Чар.

– А что они умеют? – полюбопытствовал упырь.

– Точно не знаю, – пожал плечами Фэйр.

– Я, надо признать, тоже, – добавила Хейта. – В книгах пишут, что от хелмер лучше держаться подальше.

– Может, стоит последовать их совету? – вполголоса многозначительно прошептал Мар.

– Дерутся они будь здоров, – вдруг крякнула Харпа. – С улишицей эта расправилась на раз-два.

Хейта внимательно поглядела девушке в глаза.

– Как тебя звать?

Та сдвинула брови.

– Я… не помню, – наконец выговорила она на всеобщем, с трудом подбирая слова, верно, отвыкнув за долгое время вести беседы с кем бы то ни было. – Наверное… никак.

Голос ее звучал тихо, как шепот ветра в густой траве, но в нем чувствовалась скрытая дремлющая сила.

– Ты могла бы выбрать имя, – доброжелательно предложила Хейта. – Из тех, что тебе нравятся.

Девушка закусила губу.

– Я… не помню… никаких имен.

Друзья переглянулись.

– Ну-у, если подумать, ты теперь отчасти улишица, – взял слово Мар. – Что, если мы станем звать тебя Улла?

– Ул-ла, – медленно повторила та, точно пробуя имя на вкус, и, поразмыслив, уверенно кивнула. – Пусть… будет… Улла. Мне нравится.

– Будем знакомы, я – Хейта. – Она протянула девушке руку.

Улла смерила ее подозрительным взглядом, но руку все-таки пожала.

– Это Мар, он упырь, – Хейта принялась перечислять своих друзей, – Харпа – рысь-оборотень, Брон – волк-оборотень.

Дракон-оборотень недоверчиво хмыкнул.

– Заводите дружбу с хелмерой. Вы и впрямь до невозможного странные.

– А как его зовут, мы не знаем, – сверкнула глазами Хейта. – Он не говорит, и он не с нами, пленник, потому и руки связаны. Он, кстати, дракон-оборотень.

Хейта шагнула к Фэйру, чем заставила Уллу тотчас заволноваться.

– Это мой побратим, – проговорила она, взяв его под руку. – Вы, верно, успели уже познакомиться.

Улла кивнула.

– Фэйр.

– Верно, – ответила Хейта. – Благодарю, что спасла его. Он мне дороже жизни. – Она изучающе взглянула на девушку. – А отчего ты решила спасти именно его?

Улла неопределенно повела плечом.

– Кажется, у меня… был друг. Когда-то. Но… точно я не помню, – с каждой фразой она начинала говорить чуть уверенней, но все еще непривычно размеренно, точно брела по болоту и старательно выбирала тропу.

Хейта понимающе кивнула.

– Так я и подумала. У тебя сохранились воспоминания о прежней жизни, когда ты была еще… человеком. Улишицы этого лишены. Всё, что они знают, – холод сырой земли, жажду мяса и крови. Фэйр оказался прав, ты не улишица, чему я несказанно рада.

Целитель тем временем торопливо растянул тесемки на заплечном мешке и вытащил оттуда запасной плащ. Встряхнув его, он бережно накинул его на плечи хелмеры.