Книга Когда земли окутает мрак, страница 98 – Яна Вуд

Болотная дева перевела взгляд на него. Улыбка на ее губах развеялась словно ночной сон.

– Нет, не только, – нарочито вежливо проговорила она. – Что будет угодно?

– Мяса с кровью! – немедленно выпалил упырь. – Нет, не так. Мяса и крови… – И вдруг задумался. – Хотя-я-я, можно и мяса с кровью. И просто крови, – решительно тряхнул головой. – Да, так, пожалуй, лучше всего!

Дева насмешливо изогнула бровь.

– Ишь какой шустрый! Крови, так уж и быть, мы тебе найдем. Но кто сказал, что мы на свежее сырое мясо богаты?

– Ну-у, – озадаченно протянул Мар, – я подумал, раз трактир стоит на волшебной земле, тут всё должно быть. На любой, так сказать, вкус.

– Это болотный край, – напомнила она. – А потому у нас вдоволь только рыбы. Сойдет?

– Опять рыба! – с досадой воскликнул Мар. – На что только притащились сюда! Рыбы я везде поесть мог.

– Как знаешь, – пожала плечами Фела.

– Что значит «как знаешь»?! – не на шутку перепугался упырь. – Я ведь не говорил, что отказываюсь. Просто не в восторге. Но рыбу ты все равно неси-неси, будь добра!

Дева ехидно улыбнулась. Вопрошающе оглядела остальных.

– А вам чего?

– Похлебки бы, – ответил Гэдор. – Понаваристей и погорячей.

Та качнула головой.

– Из жидкого только рыбный суп.

– Суп так суп, – устало отозвался тот.

Харпа насмешливо крякнула.

– Так и несли бы сразу рыбу, раз, кроме нее, у вас ничего нет!

Волк-оборотень, если и не шибко обрадовался ухе, ничем не выказал своего неудовольствия.

– А тебе чего? – Дева вновь с живым интересом воззрилась на Хейту.

– То же, что остальным, – ответила девушка. – И хлеба, если есть.

– Не имеется, – качнула головой та. – Зато есть травяные лепешки. Объедение просто! Принести?

Хейту такое предложение порядком озадачило, но живот отозвался голодным урчанием, и она решительно кивнула.

– Будет сделано! – просияла яркоглазая. – Ну, не скучайте! – И, одарив на прощание упыря пленительной улыбкой, церемонно удалилась.

Проводив деву недружелюбным взором, Мар возмущенно выпалил:

– Не, ну вы видали, а? Как на меня пялилась! А я ее знать не знаю и ведать не ведаю! – Он бросил в сторону Харпы лихорадочный взор. – На что она мне сдалась! Кожа, поди, холодна, как рыбья чешуя. И живет где? В болоте! Мерзость какая!

Гэдор не смог сдержать невольной улыбки. Хейта сокрушенно прикрыла глаза. Мар, конечно, не придал значения реакции Харпы на заигрывания девы-невелички. Не приученный играть чувствами других, он просто отчаянно пытался показать Харпе, что до Фелы ему нет никакого дела.

Хейта перевела взгляд на Харпу. По бесстрастному лицу той трудно было сказать, какое впечатление произвела на нее пламенная тирада Мара, однако ярость ее, судя по всему, постепенно тухла.

Следопыт же тепло похлопал упыря по плечу:

– Никогда не меняйся, мой друг!

– Ничего не могу обещать, – с напускной важностью ответил тот.

А потом вдруг, подавшись вперед, с серьезным лицом вопросил:

– Как вы думаете, а что у них тут за рыба?

Теперь даже Харпа заулыбалась. А остальные, вконец сбив с толку несчастного Мара, зашлись дружным хохотом.

Трактир шумел и гудел громкими голосами и буйным смехом. Пламя светильников зловеще колебалось от сквозняка, бегало по странным, нечеловеческим лицам, выхватывая из темноты то острые звериные клыки, то локоны дивных оттенков, то кривые грозные когти, то таинственно мерцающие глаза. В воздухе витал невероятный дух волшебного ужаса.