Книга Когда земли окутает мрак, страница 198 – Яна Вуд

Захлопнув дверь, Хейта упала на кровать и обхватила себя руками. Слова, со зла брошенные Рукс, закружились в ее голове черными птицами. Лиса-оборотень так опешила, что застыла посреди коридора.

Хейта досадливо закусила губу. Не стоило с ней так говорить. Не то чтобы Рукс не заслуживала резких слов после всего, что сотворила с Фэйром, но знать, что таило ее прошлое, Хейта не могла. И говорить, что она заслуживала худшей участи, было неверно.

Что Фэйр, что пастыри всегда учили ее – в злобе нет надежды, нет света. Она отравляет как того, против кого направлена, так и того, кто озлобился. Хейта вздохнула, прижала ладони к глазам.

Перед внутренним взором возникло лицо целителя. Оно было светлым, но в глазах крылось неодобрение. Хейта опустила руки и потупилась, точно кожей ощутив их строгий укоряющий взгляд.

Но скоро мысли ее свернули к грядущей битве. Она должна была предупредить друзей или попасть к ним самой. Но как? Как вернуть камень и незаметно пробраться к Фэйру? Разум ответа не давал, и сердце Хейты ныло от отчаяния.

Девушка скользнула к окну, приоткрыла ставню и подставила лицо свежему морскому ветру. Он старательно прошелся по коже, стирая жар раздумий, унимая нервную дрожь. Хейте подумалось, уж не спуститься ли к морю, как ей предлагала Мерек, но она поглядела на мрачные фигуры гаргулий и решила, что лучше не стоит. Не так она хотела встретиться с морем в первый раз. Не под их тяжелыми взглядами, исполненными багрового огня.

Уже знакомый звук – мягко прошелестели тонкие крылья. Сойка зацепилась коготками за каменный выступ и изучающе поглядела на девушку. Черные глаза лукаво посверкивали. Яркое оперение синело в надвигавшихся сумерках.

– Что тебе, вестник? – Хейта склонила голову набок, любуясь птицей.

Она назвала ее так неслучайно. Хельды верили, что сойки были вестниками небес. Повстречать на своем пути сойку считалось большой удачей. По зиме говорили: «Сойка в клюве солнечный свет принесла, быть теплу».

Хейта вздохнула, бережно провела рукой по мягким перьям.

– Так некстати, что именно тебе выпало служить химере, передавать ей вести. Темные вести для темных дел. Когда тебе пристало разносить вести другие… – Она осеклась и призадумалась. – А может, как раз кстати. Чтобы наконец тебе выпало передать весть другую, хоть и недобрую, но ту, что помешает случиться великому злу.

Хейта окинула пеструю птицу задумчивым взглядом. Она знала, что не имеет права просить ее пойти против госпожи, толкать на предательство, но понимала, иного выхода нет. С тяжелым чувством Хейта подалась вперед, пристально вгляделась в темные глаза сойки и выдохнула:

– Помоги мне, Аргат!

Она знала, он не откажет. Только не ей, не Фэй-Чар. И не ошиблась. Аргат взволнованно встрепенулся, покрутил головой, точно тоже раздумывал, переступил с лапы на лапу, но не улетел…

Девушка потянулась к птице и тут же оторопело замерла – она вдруг с пугающей ясностью осознала, что не ведает, как передать сообщение. При ней не было ни бумаги, ни угля. Даже в сумке, что отобрала химера, такого не водилось.

Хейта лихорадочно схватилась за голову. Сойка появилась так вовремя, точно нарочно. Точно и вправду небеса ее на подмогу послали. Неужто Хейта зря обрадовалась? Чтобы досадовать, кусать себя за локти?