Онлайн книга «По тропам волшебных лесов»
|
Следом за целителем в дом вошел рослый русоволосый мужчина в длинном сером плаще, замызганных штанах и стертых сапогах. Глаза, точь-в-точь как у хозяина, только без красных прожилок и желтоватой старческой пелены, выдавали кровное родство. Крупные обветренные губы растянулись в улыбке. – Насилу сыскал. Юный целитель откинул капюшон, жестом указал женщине поднести поближе масляный светильник и бережно вгляделся в бледное, осунувшееся детское лицо. – Удушлица[1], значит, подкосила, – прошептал он. Прикоснувшись ладонью ко лбу девочки, целитель качнул головой и недовольно нахмурился. Обхватив тонкую ручку у запястья, смежил веки и недвижно просидел так какое-то время. – Полагаю, она больна уже неделю, не меньше, – наконец произнес мальчик, вопросительно поглядев на женщину. – Сегодня восьмой, – скорбно ответила та. Тревога в глазах незнакомца уступила место горечи. – Отчего не позвали раньше? – Да как мы могли? На отшибе живем! – всплеснула она руками. – Случайно от проезжих людей узнали, что есть такой, именем Фэйр, всем лекарям лекарь. А пока ее соседка травами лечила, да, видать, без толку! – Хворь эта жутко опасная. Травы – хорошо, да только одних лишь трав мало, а время упущено! Сердце едва бьется, и она холодна как лед. – Фэйр замер в раздумьях и, что-то сообразив, принялся лихорадочно обшаривать просторную суму. Мигом позже он извлек на свет невзрачный мутноватый камень и проворно вложил его в бледную детскую ладошку. Сперва ничего не происходило. Потом в сердце камня зажглась крошечная золотая звездочка, точно внутри зародилась неведомая жизнь. Ее свет делался все ярче и ярче, и вскоре заполонил камень до краев. Но вдруг из золотистого сделался темно-красным, после фиолетовым, черным и, наконец, безвозвратно угас. Лицо Фэйра омрачилось. Он забрал камень, задумчиво покрутил его в пальцах и тяжко вздохнул. – Что… что это значит? – тревожно воскликнула женщина. – Это камень жизни. Черный цвет говорит, что человек стоит у черты. Мне жаль, но я не могу ей помочь. Женщина взвыла от горя, слезы покатились по бледным щекам. Тут доселе молчавший старик не выдержал: – На что только ждали тебя, окаянный! – его голос прогремел, подобно раскату грома. – Надеждой тешили себя, и все впусте! Чтоб ты, сосунок, чародейскими штуками перед нашими носами помахал?! Пошел прочь! Мальчик сочувственно поглядел на старика. Колкие слова, казалось, совсем его не задели. – Я испробовал камень не для того, чтобы вас помучить, а чтобы понять, как поступить, – тихо проговорил он. – Стоит ли пытаться девочку исцелить, или я лишь потеряю драгоценное время. Теперь вот вижу – нужно вас к другим врачевателям отправлять. Воистину великим, коим я и в подметки не гожусь. Женщина тотчас притихла. Старик исподлобья взглянул на Фэйра. Бральд подался вперед. – Живут недалеко, – продолжил Фэйр. – Точной дороги не подскажу. От вас до них не ходил. Но не тревожьтесь, так или иначе дойдем! Вот только не знаю, придутся ли они вам по нраву… – Что за целители такие? – нахмурился старик. – Насилу про тебя прознали, а больше поблизости не налезть на людей. – А я говорил не о людях. – Глаза Фэйра посерьезнели. – Думаю, вам известно о ком. В сердце Заповедного леса на Лучистой поляне живут те, кого в народе именуют пастырями. Они называют себя «айши», что на всеобщем языке означает – первые,ибо верят, что прежде других пришли в этот мир. Способность пастырей творить чудеса не знает равных. Смогут спасти или нет – утверждать не возьмусь. Однако более мне вам предложить нечего… |