Книга Фонарь Джека. 31 история для темных вечеров, страница 145 – Александра Рау, Анна Щучкина, Анхель Блэк, и др.

Она шла. С каждым шагом приближаясь к месту, где ждала ее будущая могила.

* * *

– Фу, солнце, ненавижу. – Влад сощурился и глубже натянул капюшон алой толстовки.

Дару подавил желание ответить: «Оно тебя тоже» или «А говорил, что я твое солнце» – и сказал:

– Да ладно тебе, стригои не боятся солнца.

– Боятся? – переспросил Влад с таким видом, чтобы сразу было ясно: он оскорблен до самой глубины своей отсутствующей души. – Я презираю его.

Он адресовал небу полный этого самого презрения с сильной примесью отвращения взгляд небесно-голубых глаз. Солнце в ответ начало светить, казалось, еще яростнее. Для конца октября выдался вообще на редкость теплый и ясный день. Дару не считал это хорошей приметой, привыкший не верить мирным пейзажам просто на всякий случай. А еще это означало, что Влад будет ныть, язвить и возмущаться несколько больше обычного. Ведь, будучи в определенном плане вампиром, он сгорал на солнце. Примерно как туристы из северных стран, выбравшиеся на южные пляжи. Но обставлял это, конечно, так, словно его кожа воспламенялась. И потом еще демонстративно страдал неделю минимум, вынуждая Дару это выслушивать. Воистину: стригои жуткие создания, не зря про них сложено столько страшных историй. Кстати о страшных историях.

– Я думал, место массовых убийств будет пострашнее. – Влад заправил за острое, украшенное тремя серебряными колечками ухо прядь светло-рыжих волос, выбившихся из неаккуратного пучка, и разочарованно пнул камушек толстой подошвой кроссовки. – А тут как-то, знаешь… – Последнее слово он выдохнул с отвращением: – Жизнерадостно.

Дару огляделся. Пройдя по парку, в который переместились, прогулявшись немного по Той стороне мира, они вывернули на сонную пустую улицу обычного крошечного румынского городка. Осень медленно догорала, и малоэтажные современные дома с красными крышами, отчаянно старающиеся походить на старую архитектуру и не менее отчаянно на нее непохожие, прятались в красных же кронах. Даже птички пели. И ни одного человека вокруг. Нечто среднее между абсолютной идиллией и смутным ощущением постапокалипсиса. Впрочем, Влад сказал бы, что это одно и то же.

Поднимаясь по уходящей на небольшое возвышение дороге, Дару решил, что пришло время признаться:

– Допустим, про массовые убийства не совсем правда.

– Что? – Влад резко развернулся, продолжив идти спиной вперед. Теперь в обязанности Дару входило следить, чтобы он не врезался в какой-нибудь столб. – Ты что, обманул меня? – Влад изобразил ужас и картинно приложил руку к груди. – А я думал, что ты самое честное существо во вселенной.

– Это так, – заверил его Дару, – поэтому я не обманул тебя. Просто преувеличил.

Влад – не менее картинно – выдохнул.

– О боги, не пугай меня так больше. У меня аж сердце замерло.

– Левое или правое? – Влад утверждал, что у него их два, а еще: – Ты говорил, что оба они мертвы.

– Левое, – заявил Влад, важно поднимая палец с выкрашенным в черный ногтем. – Оно специально забилось, чтобы замереть, а правое чуть не разорвалось. Так что тут на самом деле?

– Не то чтобы прямо убийства.

В этом районе маленького тихого города за короткое время пропало три женщины. Что с ними стало – неизвестно. Можно было бы оставить это дело человеческой полиции, если бы не зафиксированный до этого всплеск магии. Никто не обратил на него особенного внимания, в последнее время такое часто происходило и обычно не влекло за собой никаких последствий. Но вместе всплеск магии и пропажи давали тревожную картину. Возможно, что-то пробудилось. Что-то хищное и очень голодное.