Книга Искусственные ужасы, страница 204 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

– Это долгая история, но, если вкратце, мне пришлось избавиться от неё. Иначе бы меня здесь сейчас не было. Когда-то я, как и вы, находилась в совершенно отвратительном положении и нуждалась в помощи. Я тоже написала ребятам, доверилась им, и они меня не подвели. Вам тоже стоит нам довериться. Бороться со злом – дело непростое. У нас у всех есть выбор, мы можем отступить или идти вперёд. Мы предпочли не останавливаться. Даже ценой наших жизней. Ну или, как у вас говорят, кто не отваживается, тот не выигрывает[30]. Подумайте об этом, Густав.

Обратно она возвращалась в приподнятом настроении, удивляясь самой себе. Вот это она сейчас толкнула речь! Как высокопарно из её уст прозвучало: «Даже ценой наших жизней». А цена была поистине высокой. Как бы Катя ни храбрилась, глубоко внутри она жила в вечном напряжении. Она верила в успех их дела – как жеиначе продолжать? – но некоторые вещи давались ей с трудом. Например, смотреть на Павла, но не подавать виду, что его дни сочтены.

«…когда один из вас умрёт, ты сразу поймёшь, кто это».

«…тогда тебе нужно бежать».

Она хотела оттянуть этот момент, но знала, что некоторые события просто происходят и этому никак не помешать.

Она вошла в зал. Богдан сидел рядом с Павлом, который пересказывал ему разговор с Фишером. Тот кивал, иногда уточнял и снова кивал. Богдан спросил насчёт официанта, Павел покачал головой, считая, что главный – Ангел, а Официант – лишь посыльный. И Катя была с ним согласна, но не стала их прерывать, просто тихонечко присела рядом.

– Вы видели, который час? – спросил Богдан, когда Павел закончил. – Спать пора.

– Да, время позднее. Но прежде, чем мы разойдёмся по комнатам, нам нужен план. Мы не можем просто туда приехать.

– Почему нет? – озадачился Богдан.

– Потому что мы не имеем полного представления о том, с кем собираемся говорить. И, если сделать выводы из того, что сообщил Густав, Ангел, скорее всего, выполняет поручения Роберта. Он связан с постановкой пьесы. Так что не факт, что он захочет делиться с нами информацией добровольно, вот почему так важно продумать план.

– Почему бы тебе просто не пригрозить пистолетом? Для тебя ведь не проблема его достать? – В голосе послышались язвительные нотки.

– Не можешь мне простить, – поджимая губы, пробурчал Павел.

– А ты разве умеешь по-другому вести разговор? – продолжил Богдан в том же тоне.

– Богдан! – возмутилась Катя. – Прекрати!

– А чего, разве я сказал неправду?

– На сей раз я хочу решить это мирно. – Павел тяжело вздохнул.

– О, ну, это что-то новенькое.

– Сколько из тебя ещё будет сочиться яд? – не выдержал Павел и метнул в него недобрый взгляд.

– Ладно, ладно, – поднимая руки в примирительном жесте, сказал Богдан. – Прости, не хотел вспоминать былое. Ну так что, есть какие-то мысли? Потому что у меня пока только одна: пойти лечь спать, а завтра днём всё обдумать.

* * *

Приятное чувство облегчения, будто он скинул тяжкий груз с плеч, охватило его. А всё, что нужно было, – просто поделиться накопившимся без страха, что тебя не поймут или сочтут психом. Эти люди поняли его, потому что сами столкнулись с тем же злом. Протянули ему руку помощи. Не сказали: «Спи спокойно, Густав, всё будет хорошо», –но предложили: «Давай с нами, и вместе, возможно, мы справимся».