Книга Искусственные ужасы, страница 192 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

– Абсента мне, и побыстрей, – приказал он.

– Что у вас в банке? – поинтересовался бармен, наливая.

– Писька, – просто ответил Колин, а после, взяв зауженную рюмку, вернулся к бильярдному столу.

– Зачем ты таскаешь его с собой? – указав на банку, процедила Сильвия.

– Женщине этого не понять, – ответил Колин.

– Этого никому не понять, – заметил Филипп. – Но, думаю, хватит говорить про этот чёртов член. Есть более важные вопросы. Как тебе гастролёры из России, Хелен? Они же остановились у тебя?

Хелен сделала глоток мохито и, отставив бокал, начала спокойно говорить:

– Сначала я даже не поняла, что они приехали, чтобы сорвать пьесу. Да, они были какими-то странными, но не более. Пожилой мужчина, девушка-инвалид и парень, который не говорит по-немецки, совсем не похожи на антагонистов. Вряд ли Роберт выбрал их на столь важную роль. От них не веет никакой опасностью. Просто троица неудачников.

Все внимательно слушали Хелен, которая была самой старшей в их компании и служила Роберту дольше остальных.

– А знаете, от кого правда веет опасностью?.. – начал говорить Филипп, который специально сделал небольшую паузу, чтобы создать интригу и ещё больше привлечь к себе внимание. – От моего капитана Гюнтера Кляйна. Это тот парень, который когда-то остановил убийцу из «Тик-Тока».

– Вот чёрт, он и правда очень крут! – выразил общее мнение Колин.

– Я о том и говорю, –продолжил Филипп. – Он потерял своего брата Хартмана, которого любил больше жизни, и теперь считает, что в его пропаже виноват наш режиссёр. Думаю, Гюнтер сделает всё, чтобы докопаться до истины. И мне кажется, именно он антагонист, который попробует всё уничтожить.

– Мотив у него весомый – месть за брата, – высказала Сильвия.

– Которого, между прочим, убил твой сынок, – подметил Филипп.

– Возможно, тем самым Адольф дал нам достойного антагониста. Всё, что происходит, неслучайно, и у моего сына гораздо более важная роль, чем мы могли себе представить.

– Этот Гюнтер реально способен сорвать показ пьесы? – поинтересовался Штеффен.

– Конечно, – кивнул Филипп. – Такова роль антагониста, у него есть все шансы на победу. Но получится у него или нет – покажет время, мы не должны сейчас ему мешать.

– Во всяком случае, если этот полицейский остановил убийцу из «Тик-Тока», то у него гораздо больше шансов, чем у троицы из России. – Как только Хелен это произнесла, рядом с ней оказался парень в белой рубашке и чёрном жилете.

– Зря вы их недооцениваете, – спокойно произнёс он. В руках юноша с чёрными зализанными волосами держал папку.

– Кто ты такой? – покрепче прижав к себе трёхлитровую банку, спросил Колин.

– Мне стыдно за тебя, – фыркнула Хелен. – Перед тобой правая рука Роберта, его верный слуга… – Она хотела добавить что-то ещё, но холодная ладонь юноши опустилась ей на плечо, и женщина ощутила такую тяжесть и такую боль, что казалось, вот-вот провалится под землю.

– Не нужно громких титулов, все мы рабы Роберта, каждый по-своему. Прошу, называйте меня Официант. Так будет сейчас наиболее правильно. – Парень убрал руку с плеча Хелен, и она вновь вздохнула спокойно.

Юноша стал расхаживать вокруг гостей, собравшихся около бильярдного стола, заглядывая в глаза каждому, словно пытаясь там что-то прочитать.

– Эта троица, о которой вы говорите с таким пренебрежением, не так проста, как может показаться на первый взгляд, – начал спокойно говорить Официант. – Катя отрезала себе руку, когда ей сделали татуировку с изображением Роберта. Богдан нарисовал его портрет по фотографии – да, он сделал это в паре, но от этого не стал менее талантливым. А что касается Павла… то здесь всё куда интересней. Павел был в замке Роберта, смотрел на его портрет, а когда тот приказал ему покончитьс собой, смог противостоять. Он пришёл на собрание его почитателей – на встречу, похожую на эту, – и убил восемь человек. Кто знает, может, он прямо сейчас стоит за этой дверью и ждёт нужного момента, чтобы разом покончить со всеми нами.