Книга Искусственные ужасы, страница 168 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

– Спасибо, профессор. Может быть, вы знаете что-то об одном проклятии… – осторожно произнёс Павел.

– Простите, я уже очень спешу! Приходите на мою следующую лекцию, узнаете о трости, что превращает вещи в золото, – перебил его Морец и, взяв папку, покинул аудиторию.

Павел остался один, голова всё ещё раскалывалась. Он узнал не слишком много, но это было хоть что-то, правда, как это им поможет, он понятия не имел.

* * *

Богдан припарковал арендованный Nissan неподалёку от здания театра, чтобы дождаться, когда закончится репетиция.

Всё-таки им улыбнулась удача. Пристальное внимание со стороны неуёмных журналистов и репортёров, что не утихало почти две недели вокруг персоны Адольфа Брауна, стало понемногу спадать. И если совсем недавно к нему было не подобраться, а уж про слежку не могло быть и речи, то теперь им представилась возможность наконец-то понять, какую роль играет актёр. Жертва он или злодей?

Естественно, Катя вызвалась заняться этим делом, и Павел, который в последние дни был слишком осторожен, отправил с ней Богдана. При этом он привёл как минимум два довода: рулить одной рукой крайне неудобно, хотя Катя уже привыкла, но спорить не стала, да и вдвоём им будет всяко веселее, а ему спокойнее.

Катя решила, что нужно начать с театра. Так было проще выследить Брауна, когда он выйдет из здания. Только то, что казалось простым, на деле было до крайности скучным. Они стояли с трёх часов дня, и из главного входа за это время вышловсего несколько человек, среди которых, конечно же, не было Брауна. И если в первые часы захлёстывало какое-то будоражащее чувство, то, когда время приблизилось к восьми вечера, энтузиазм начал стихать не только у Кати, но и у Богдана, который уплетал уже второй хот-дог.

– Что, если мы просто его упустили? – Катя скорее задавала вопрос самой себе, чем Богдану. Вдруг он просто воспользовался другим выходом, а они его даже не заметили.

– Оу… – Кусочек сосиски ловко выскользнул из булочки, когда Богдан надкусил, и шмякнулся прямо на джинсы, но он не обратил на это внимания, его взгляд был прикован к одной точке. – Смотри. Кажется, он.

– Точно он, – кивнула Катя, глядя на мужчину, вышедшего из театра.

Внешне он выглядел слегка усталым. Тёмные волосы собраны в низкий хвост, поверх водолазки под горло то ли пиджак, то ли куртка, не разобрать, на бёдрах болтаются потёртые джинсы, а на ногах массивные ботинки на высокой шнуровке. Он остановился, оглянулся по сторонам, а буквально через секунду подъехало такси. Адольф нырнул внутрь, и автомобиль, развернувшись, уехал. Следом за ним двинулся Nissan.

Дорога не заняла много времени, но, когда такси остановилось напротив бара с неоновой вывеской «Очень мёртвая лошадь», солнце уже зашло, а на город легли пурпурные и серые тени.

Адольф вышел из автомобиля и тут же скрылся за дверями бара, а Богдан, припарковав Nissan поблизости, заглушил мотор. Остановился в том месте, где не было ни одного фонаря. Лишь темнота, но именно такой укромный угол им и требовался. Оставаться незамеченными, но при этом всё видеть и слышать, если понадобится.

– Мы пойдём? – спросил он с каким-то волнением.

– Нет. Останемся в машине.

Она открыла бардачок. Оттуда на неё смотрели солнцезащитные очки. Катя не знала, зачем купила их на днях, просто рука сама потянулась. И она, поддавшись этому импульсу, оплатила их на кассе. К тому же молодая продавщица-немка перед этим сказала, что очки ей очень идут и придают схожесть с рок-звездой. Наверно, поэтому Катя их и взяла.