Книга Искусственные ужасы, страница 139 – Борис Хантаев, Ольга Кочешева

Он хотел снова посмотреть в её сторону и в то же время боялся увидеть, что Аня всё ещё там, по-прежнему ему улыбается. Поэтому ничегоне делал. А когда серия закончилась, Богдан не поднялся, как делал прежде, а подождал, пока зал опустеет. В случае, если Аня заговорит с ним, он не будет выглядеть психом, если спросит, зачем она пришла. Потому что никто не услышит.

Как только разговоры и шорохи стихли, Богдан повернулся, но там никого не было. И у него вырвался выдох облегчения. Ему просто привиделось. Хотя у него никогда раньше не было таких отчётливых видений. И всё же он расслабился, поднялся с пола и, стряхнув с плеч невидимые путы напряжения, направился в общую комнату. Хотел взять чёрную короткую куртку и прогуляться до обеда, подышать, подумать. В общем, проветрить голову. Но не смог. Потому что стоило ему открыть двери, как он снова увидел её, сидящую на его постели. Будто Аня целенаправленно поджидала, хотела напомнить о себе и о том, что ничего ещё не закончилось. Его рука дрогнула, но Богдан закрыл дверь, чувствуя, как сердце в груди заколотилось, а ладони вспотели, и, развернувшись, бросился по ступеням вниз, не оглядываясь.

Что бы она ни хотела ему сказать – а иначе зачем бы Ане его преследовать? – он не должен к ней подходить. Ведь это снова втянет его в игру. Игру, которая ломает и калечит, а он только научился жить без оглядки на прошлое. Оставил воспоминания, как костыли, на которые раньше опирался, и задышал полной грудью.

«Где же ты раньше была?» – крутился в голове вопрос, когда он вернулся в зал и упал в кресло, тяжело дыша.

«Когда ночами, закрывая глаза, я видел твоё лицо. Почему ты не приходила тогда? И зачем пришла сейчас? Я тебя не звал…»

– Так что уходи, – прошептал Богдан очень тихо, надеясь, что она его услышит и оставит в покое. Больше не в его силах было ей помочь. Теперь он сам по себе, а у неё остался ещё Павел. Если только остался. Может, поэтому она и вернулась?

– Ты Богдан?

Он едва не вскрикнул, когда увидел, что Аня вошла в зал, но сдержался и просто вжался в спинку кресла, не сводя с неё настороженного взгляда. По телу прокатилась волна мелкой дрожи.

– Я тебя напугала? – Она смотрела на него с любопытством.

Он отрицательно замотал головой, встревоженный и не понимающий, что делать в подобной ситуации: встать и обнять её, ведь она с ним заговорила, или продолжать сидеть.

– Ян сказал, что ты здесь, я хотела…

– Аня. – Он прервал её и поднялся с кресла.

– Я неАня. Меня зовут Софья, но можешь называть меня Софой. А ты Богдан, верно?

Он кивнул, и только потом до него дошли её слова.

– Повтори ещё раз: как тебя зовут?

– Какой ты забавный. – Она усмехнулась по-доброму и подошла ближе. – Софья, но можно просто Софа.

– Знаешь, ты так похожа на мою подругу. Просто копия. Я когда смотрю на тебя, у меня мурашки по телу.

Богдан не лукавил. Смотрел на эти пронзительно серые глаза, на алые, как лепестки мака, губы, на вздёрнутый тонкий нос и хотел дотронуться, ощутить тепло её кожи.

– Вот почему ты выглядишь таким ошарашенным? А я уж думала, что со мной что-то не так.

– Слишком заметно?

– Ага. Расскажешь мне о ней?

Софья тоже не сводила с него взгляда. Рассматривала внимательно его лицо безо всякого стеснения, словно изучала.

– Она умерла. Из-за Роберта.