Онлайн книга «В холод»
|
Не мешкая я нырнул в палатку, достал кремниевую зажигалку, топливо, заботливо оставленное госпожой Карьямм, и направился к порождению войры, чтобы встретить его лицом к лицу. Он замахнулся на меня ледорубом, который, попади мне в куртку, распался бы черной волной заражения, черным нашествием мелких механизмов, немедленно начавших бы пожирать мое тело ради энергии, но я не стал уворачиваться. Я набрал топлива в рот и выплюнулего в сторону фигуры искателя, держа перед собой зажигалку. Старый фокус для старого меня, я научился ему, желая порадовать дочку, влюбленную в огонь, влюбленную в танец… Войра не терпит огня совершенно. Достаточно зацепить ее хотя бы уголком пламени — и дальше оно распространяется внутри молниеносно. Когда огонь перестал слепить мне глаза, я посмотрел на останки войры перед собой. Ничего. На белом-белом снегу следы лжеискателя, и больше ничего. Во имя Сотворителя… Я вернулся к своему лагерю еще раз, забрал остатки топлива, вылил его на скат палатки черных искателей — волны войры подступали к моим рукам, но откатывались, боясь самого запаха пищи огня. Я не обращал на них внимания. Затем бросил канистру внутрь, поджег и отправился, не оборачиваясь, назад. Может, эта вспышка активности дикой войры означала, что Хрустальное Око близко. Может, что его больше не существует. Я не знал. Не в моих силах было разобраться с этим в одиночку, и я не стал пробовать. Мне следовало сейчас просто спасти тех, кого Сотворитель даст спасти, и не больше. И я знаю, как должен действовать. Правил распространения дикой войры в этих широтах я не знал, их никто не знал. Но при обычных температурах эта зараза, способная медленно расти десятки, а то и тысячи лет, заражает собой буквально все вокруг — и почва оказывается отравлена в первую очередь. Оставаться здесь означало подвергнуть себя смертельной опасности. Мне стало плохо всего в паре шагов от своей палатки, зазвенело в ушах. Я упал на колени и долго пытался вернуть себе контроль над телом, кашляя взахлеб и чувствуя, чувствуя этот страшный железистый привкус во рту. Но это просто обстоятельства. Одни только обстоятельства. Они преодолимы. Как только приступ прошел, я поднялся, перебрал рюкзак, взял строго необходимое и пошел по следам Фонтана. По сути, ничего другого я и не мог. Больше ничего не мог и поэтому шел вперед. И в рюкзаке у меня плескалась в закрытом наглухо термосе та самая незамерзающая вода. Ключ к покорению неба Белой Тишины. Глава 32 Дойсаанн Четвертый день экспедиции Северный склон горы Р-298 Ясно Холодно. Холодно. Пить хочется. Вот бы сейчас воды. Теплого, ароматного чая, согрел бы пальцы. У нас ничего нет. Даже смерти нет. Я поднимаюсь на крышу гондолы. Жизни давно на кону, впереди схватка, и я не готова, но я одна. Жизни на кону, вот и все, мне все кажется глупым. Таким глупым. Казалось бы, что изменилось? Мы ведь все здесь поставили свои жизни на кон, как только захотели отправиться в холод Белой Тишины. Мы рискнули. Нам изначально сказали — нет гарантии, что вы вернетесь домой. Мы знали — есть опасность упасть и долго, даже месяцами ждать спасения. Мы смотрели друг на друга, над собой подшучивали, спрашивая: «Это у него мне придется отобрать последнюю присадку? Это ее труп я, если что, съем?» Предупреждали нас: дела могут пойти совсем плохо. Мы на это согласились. Мы пошли в Белую Тишину. |