Книга «Килл-сити»-блюз, страница 42 – Ричард Кэдри

Я оглядываюсь по сторонам в поисках Кэнди и Бриджит, но стая птиц — ворон, скворцов и грифов — носится по комнате на реактивной скорости, пронзительно крича и клюя всё подряд, включая нас. В воздухе висит серая пелена. Я слеп и глух от этого шума и не могу увидеть того, что, возможно, подкрадывается ко мне.

— На пол! — кричу я во весь голос и рявкаю одно адовское худу.

Потолок охватываетпламя. Огонь, словно жидкость стекает вниз, облизывая стены. Я опускаюсь на колени и кручу наац над головой. Это не остановит огонь, но позволяет на чём-то сконцентрироваться, пока я пытаюсь управлять пламенем, чтобы оно сжигало фамильяров, но не опускалось настолько низко, чтобы поджарить нас.

Становится трудно дышать. Пламя выжигает весь кислород в комнате. Я рявкаю ещё одно худу, и огонь угасает до тлеющих призрачных струек.

— Всё в порядке, — говорю я.

Кэнди с Бриджит встают с пола. Я ожидал, что сработают гостиничные разбрызгиватели, пока не увидел, что они расплавились и прилипли к потолку.

Если не считать нас, комната превратилась в груду обугленных обломков и хрустящих оладий[34]. Я смотрю на Бриджит и киваю на дверь апартаментов.

— Ты хотела выбить какую-нибудь дверь.

Она улыбается и вышибает замок из пистолета. Пинком распахивает дверь, бросается вперёд, перекатывается и принимает вертикальное положение с пистолетом на изготовку. Приятно, когда возвращаются рефлексы. Не то, чтобы они нам особо помогли. Дверь в коридор открыта. Я закрываю её и ногой затыкаю ковриком щель внизу, чтобы дым из мастерской не включил пожарную сигнализацию в коридоре.

Роуз давно ушёл. Полагаю, он больше не вернётся. Возможно, содержание диких животных и кровавых киборгов в комнате, сожжённой, словно в Дрезденскую ужасную ночь, нарушает условия его аренды.

Кэнди снова человек.

— Ты в порядке? — спрашивает она.

— В полном. А ты?

— Лучше не бывает.

— Бриджит. А ты как?

— Прекрасно, — отвечает она. — Я уже несколько месяцев так не веселилась.

Её ожерелье порвано и роняет жемчужины на пол. Покрытые сажей лицо и руки в царапинах и кровоточат. Но она улыбается, словно сейчас канун Нового года.

— Джимми, спасибо, что взял меня с собой.

— Спасибо, что спасла там мою задницу.

— Было весело, — говорит Кэнди. — Это место мы тоже будем громить?

— Нет. Мастерская не принесла нам никакой пользы, так что поищем тут что-нибудь типа записей о клиентах, имена и телефонные номера. Любые бумаги, которые кажутся важными.

По истечении получаса никто не нашёл ничего полезного. Бриджит стащила из спальни механического попугая и назвала его Шаманка. Кэнди листает большую книгу в кожаном переплёте.

— Думаю, Аттикус говорил об этой книге, — произноситона. — В ней есть всевозможные рисунки Шара Номер 8.

Она протягивает её мне. Я ожидал покрытую плесенью крошащуюся реликвию. Но этой книге на вид не больше нескольких лет. Я беру её под мышку и говорю:

— Давайте убираться отсюда. Я отнесу её Отцу Травену.

— Если хотите, я могу отнести её Лиаму, — говорит Бриджит. — Я встречаюсь с ним вечером.

Я смотрю на Кэнди. Она делает микроскопическое движение головой. Тайный кивок. Так вот с кем встречается Бриджит. Двое милых ребятишек-католиков. Убийца и отлучённый от церкви священник. Звучит как союз, заключённый на небесах.

— Вам следует поскорее навестить его, — говорит Бриджит. — На него столько свалилось. Мне кажется, в последнее время он слишком много пьёт.