Книга Закат, страница 129 – Дэниел Краус, Джордж Эндрю Ромеро

В.

«У ВАС ВСЕ ХОРОШО? ПОЗВОНИТЕ». Сожалею маленько. Мы вроде как мародеры обычные были. Понимаю, вы хотели сохранить «Архив», чтобы его можно было потом найти. Но мы-то знали, что он нужен сейчас. Знали, что он станет живым и дышащим. Лиззи вытатуировала на руке ваш номер, а у нас все еще работал тот невероятный телефон. Стационарный, можете поверить? Звонки Шарлин… это был чит, можно сказать. Она съездила в Вашингтон «присвоить» вас – думаю, я подобрал правильное слово, – и это была просчитанная ошибка, совершенная ради высшего блага, как мы его видели. И когда вы согласились с ней уехать… скажу только, что был вне себя от радости.

В.

Это должна была быть Шарлин. Кому еще вы бы доверились? Мы решили, что она сможет преодолеть восемьсот километров до Вашингтона. Она приехала к нам из Сан-Диего, а это четыре тысячи километров. Шарлин даже меня обошла. От Пуэрто-Вальярты до Торонто три тысячи семьсот километров. Я люблю соперничать и все подсчитал.

В.

Я катапультировался из реактивного истребителя F-18. Пилот, первоклассная летчица Дженнифер Анжелис Паган… перед взлетом я ранил ее штыком – случайно, – и мы отклонились от курса, пока я спал. Она превратилась в зомби как раз перед тем, как мы долетели до материка. «Господи боже, прислушается ли ко мне хоть один чертов человек на этом судне?» [Смеется.] Ну я прислушался. Катапультировался, как Дженни и сказала. Думаю, все сделал по инструкции. Парашют раскрылся, и я даже немного его направил. Падая на воду, я все делал так, как меня учили на занятиях. Отдача была сбоку от стопы, сбоку от бедра, ниже плеча. Я ее распределял. Но, блин, даже так не рекомендую. Каждая косточка крошится в пыль, клянусь. Задыхаешься под водой, а тут еще этот желоб, как кусок мокрого цемента. Сейчас я бы так не смог. Пятнадцать лет спустя? Ни за что. Но я выжил, схватил оба сиденья и начал грести. Дженни говорила, что катапультируются оба сиденья одновременно, но мне это и в голову не пришло.

В.

Парашютный трос? Или колония кораллов? На ощупь это было слишком похоже на руку, чтобы быть рукой, если это имеет смысл. Меня затянуло под воду очень быстро. Я открываю глаза – а там она, Дженни Паган, придавленная своим летным костюмом и шлемом, но державшаяся молодцом, потому что ей больше не нужно было дышать. К тому времени она уже несколько раз спасала мне жизнь. Было похоже, что она пожалела об этом. Дженни обеими руками схватила меня за лодыжку, и я начал брыкаться, но у меня уже не оставалось сил. Со мной, казалось, покончено. Она все тянула и тянула меня вниз, прямо в облако собственной крови.

Q.

Вы бы поверили, скажи я вам, что это сделала акула? Приплыла, учуяв кровь, думаю. Впилась ей прямо в талию. Как только кровь рассеялась, я увидел других акул. И дал деру. Забавно, как хищники способны придать жертве такую скорость. Акулы не погнались за мной, их слишком занимала Дженни. По собственным ощущениям, я поставил тогда рекорд в скоростном заплыве, не снившийся и олимпийскому чемпиону. А потом, как выкарабкался на берег, просто на песке лежал несколько часов кряду. Отдыхал. Видели когда-нибудь мусор, выброшенный приливом на берег? Комки водорослей, ракушки, обломки всякие. Так вот, в какой-то момент к суше стало прибивать зомби. Я не знаю, что стало с кораблем. Может, он затонул. Может, имело место массовое самоубийство. Так или иначе, за волной шла волна, и вскоре весь берег завалило ходячими трупами. Позеленевшими и раздутыми. Они до того пропитались водой, что не могли стоять. Но ползли ко мне по песку, будто крабы. Гофман, если мне когда-то и грозило окончательно утратить веру в себя и в мир – то лишь в тот момент. Я чуть не дал им убить себя.