Книга Шрам: ЧЗО, страница 90 – Сим Симович

Остался один. Он стоял, смотрел на трупы, автомат болтался на ремне. Молчал. Потом медленно развернулся, побежал. Марко выстрелил, промазал. Рафаэль догнал очередью — три пули в спину. Свободовец упал на асфальт, не шевелился.

Тишина вернулась. Только эхо выстрелов гуляло между домами, постепенно затихая.

Лукас встал, огляделся.

— Все живы?

— Живы, — ответил Марко.

— Хорошо. Проверяем трупы. Осторожно, может, кто-то живой.

Группа вышлаиз укрытий, подошла к телам. Шесть свободовцев лежали на асфальте, кровь растекалась лужами. Пьер подошёл к ближайшему — тот, с повязкой. Присел, осмотрел. Рана в горле, кровь почти чёрная, густая. Глаза открыты, зрачки расширены. Лицо молодое, лет двадцать пять. Небритое, грязное. На шее следы — красные, как от ожога.

Он снял перчатку, потрогал кожу. Тёплая. Совсем свежая. Часа два как мёртв, не больше. Легионер достал дозиметр, поднёс к телу. Стрекотал ровно — триста. Фон как везде. Никакого всплеска.

— Лукас, — позвал он. — Смотри.

Командир подошёл, присел рядом.

— Что?

— Свежий. Очень свежий. И радиация фоновая. Не фонит.

— И что это значит?

— Зомби обычно фонят. Облучение их делает, радиация в плоти. А этот чистый.

Лукас нахмурился, осмотрел остальные трупы. Марко и Рафаэль делали то же самое — проверяли дозиметрами, трогали кожу.

— Все чистые, — доложил Марко. — Фон нормальный. И все свежие. Часа два, максимум три.

— Тогда что с ними случилось? — спросил Педро. — Почему орали и стреляли?

Рафаэль поднял руку одного трупа, показал запястье. Кожа красная, вздутая, будто ожог. Волдыри, лопнувшие, сочится сукровица.

— Вот это. Все такие. На руках, на шеях. Ожоги.

— От чего?

— Хрен знает. Может, химия какая. Может, аномалия.

Лукас достал рацию, связался с базой.

— База, Лукас. Столкнулись с группой свободовцев. Шесть человек. Вели себя неадекватно, открыли огонь без причины. Ликвидированы. Трупы свежие, радиация фоновая. Ожоги на коже, неизвестного происхождения. Запрашиваю информацию — были ли аномалии или пси-выбросы в этом районе за последние сутки?

Рация зашипела, ответил голос полковника:

— Лукас, проверяю. Ждите.

Минута тишины. Потом:

— Данных нет. Аномалий не зафиксировано, пси-выбросов тоже. Последний выброс был три дня назад, в пятидесяти километрах от вашей позиции. В вашем районе чисто.

— Понял. Тогда откуда ожоги?

— Неизвестно. Может, контакт с артефактом. Может, химическое заражение. Берите образцы, если можете. Корпорация заинтересована.

— Принял. Конец связи.

Лукас выключил рацию, посмотрел на группу.

— Образцы. Режем кожу с ожогами, упаковываем в контейнеры. Может, чего стоящее.

Марко достал нож, присел к ближайшему трупу. Вырезал кусок кожи с предплечья, где ожог ярчевсего. Упаковал в пластиковый пакет, запечатал. Диего сделал то же самое со вторым трупом. Рафаэль — с третьим.

Пьер осматривал тело с повязкой. Ожог на шее, большой, размером с ладонь. Кожа вздутая, лопнувшая, под ней что-то блестит. Он присмотрелся. Не кровь. Что-то другое. Жидкость, прозрачная, с радужным отливом. Как масло.

Он вытащил пинцет из аптечки, подцепил каплю, поднёс к свету. Жидкость переливалась, будто опал. Красиво и мерзко.

— Лукас, смотри.

Командир подошёл, присмотрелся.

— Что это?

— Не знаю. Не кровь. Не гной. Что-то ещё.

— Бери образец. Всё, что необычное — берём.