Книга Монстр внутри, страница 49 – Оливия Нортвуд

– Мистер Мак-Кидд, – улыбнулась Грейс и протянула ладонь для рукопожатия. – Спасибо, что вы нас приняли.

– Да. – Старик понурил плечи и пожал руку ей, а затем Джеймсу. – Просто Джимми, милая. Проходите. – Мак-Кидд медленно развернулся и жестом пригласил их в дом.

– Присаживайтесь, – предложил старик, когда они оказались в гостиной. – Хотите что-нибудь выпить? Есть чай, кофе и просто вода.

– Спасибо, мистер Мак-Кидд, но мы ненадолго. – Грейс слегка нахмурилась, тяжело сглотнула и села на край дивана.

Он устроился в старом, потрёпанном кожаном кресле. Джеймс принялся мерить комнату шагами, сложив руки на груди.

– Чего вы хотите? – безрадостно спросил Джим и откинулся на спинку.

Кресло под ним скрипнуло, и в гостиной стало тихо.

– Хочу задать несколько вопросов о вашей дочери.

– Иногда мне кажется, детектив Келлер, что полиция знает о нашей Фрэнки больше, чем я. – Джим усмехнулся, но его взгляд потяжелел.

– Мистер Мак-Кидд, по обвинению в убийстве вашей приёмной дочери сидит её сожитель. Как вы думаете, Клайд Хеджес мог быть причастен к её смерти?

– Не знаю, что и сказать вам, детектив. Он обращался с Фрэнки и Заком как с дерьмом. Вполне вероятно, что это вышло из-под контроля.

– Но вы же были на суде во время оглашения приговора, так? Как Хеджес вёл себя? – Джеймс сел на диван рядом с Грейс, наклонился вперёд и сложил руки в замок.

– Как и любой другой убийца. Отрицал свою вину.

– Вам не показалось, что он мог говорить правду?

– Не знаю. – Мистер Мак-Кидд пожал плечами. – Я мало что соображал. Я похоронил дочь и следом жену. Я просто хотел, чтобы за это кого-нибудь наказали. Клайд Хеджес, колотящий мою дочь и внука? Что ж, мне это подходит.

– Когда вы видели дочь в последний раз, мистер Мак-Кидд?

Джим Мак-Кидд тяжело вздохнул.

– За несколько недель до её смерти, в феврале.

– Тело вашей дочери обнаружили в марте. Когда её нашли, она уже пролежала в воде около трёх недель. Точное время смерти определить не удалось из-за нестабильной погоды, но судмедэксперт предположил, что Фрэнсис убили в конце февраля или в начале марта. Скажите, когда вы в последний раз видели Фрэнсис, она выглядела обеспокоенной или напуганной?

– Нет, она… С Фрэнки всегда было просто. Она не была первым ребёнком, которого мы с женой взяли на воспитание, с тех пор как наши дети выросли и разъехались. Но она была особенной, я любил её, как родную дочь. Обычно дети из приютов бывают застенчивыми, молчаливыми и понурыми. Но не Фрэнки. – Его голос дрогнул. Мистер Мак-Кидд потёр глаза костяшками больших пальцев. – Фрэнки была жизнерадостной, улыбчивой девочкой, она всегда старалась нам угодить. Она была хорошей. И в нашу последнюю встречу она тоже выглядела счастливой, собиралась найти работу.

– Я понимаю, мистер Мак-Кидд. Скажите, почему вы не заявили о пропаже, когда Фрэнсис перестала выходить на связь? – Грейс поджала губы и посмотрела на Джеймса.

Тот выглядел мрачным. Возможно, эмпатия была тем самым качеством, которое делало его хорошим копом. А может быть, такая чувствительность к чужому горю сбивала его с толку.

– Мы с женой решили, что у неё такой период. Она уже так делала, пропадала. И не раз. Объявлялась всегда без предупреждения. На лице синяки, а улыбка такая широкая. И глаза… глаза, всегда полные надежды. Мы с Дот пытались помочь, но всё без толку. – Старик шмыгнул носом, по его щеке скатилась слеза. – Я всё виню себя, детективы. Может быть, если бы девочку взял кто-то другой…