Книга Монстр внутри, страница 41 – Оливия Нортвуд

Брифинга сегодня не было. Лейтенант Мак-Куин сказал подчинённым, что время разговоров прошло – настало время действовать.

Келлер придерживалась другого мнения. Обычно именно разговоры помогали раскрывать преступления, а не грубая сила. И уж точно не огласка деталей. Грейс была рада, что всё внимание лейтенанта отвлекали шеф полиции Сиэтла и мэр города. Они собирались предоставить информацию прессе, пока она – искажённая, дополненная слухами – не просочилась наружу.

Грейс села за пустой стол: сил и желания подниматься в свой кабинет не было, достала из сумки ноутбук и вошла в информационную систему полиции. Фотограф-криминалист успел выгрузить фотографии неизвестной, но отчёта ещё не было. Грейс посмотрела на время: скорее всего, Хэмптон ещё собирал улики с тела и даже не приступил ко вскрытию.

Обе жертвы подверглись насилию перед смертью, в том числе и сексуализированному. О последних часах жизни Кэтрин они имели хотя бы какое-то представление. Скорее всего, Кэтрин Донован познакомилась со своим убийцей во время одного из выступлений, а затем отправилась к нему на встречу. Она села в его машину, выпила что-то, куда он подмешал рогипнол, затем он надругался над ней, отделил молочную железу и задушил.

С неизвестной всё было сложнее. Грейс могла только предполагать. Девушка употребляла запрещённые вещества на протяжении долгого времени. Судя по тому, в каком состоянии были её кожа, волосы и зубы, на дозу ей приходилось зарабатывать на улице. Возможно, она села к нему в машину, чтобы разжиться наличными. Или, может быть, он подобрал её в состоянии изменённого сознания и затем изнасиловал, отсёк грудь и задушил.

Почерк слегка разнился, но сомнений в том, что это сделал один и тот же человек, у Грейс не было. Она сомневалась в другом. Ей казалось, что Кэтрин Донован не первая его жертва. Он экспериментировал с частичным расчленением, словно тренировался, пытаясь выработать идеальную схему, которая полностью бы его удовлетворила. Рана Кэтрин выглядела неаккуратно, грязно, будто у него тряслись руки и он очень нервничал.

Но что, если был кто-то до? Кто-то с травмами в области грудной клетки, женщина, подвергшаяся изнасилованию и удушью. Неизвестная жертва. Женщина, с которой ему не хватило духа проделать то, что он проделал с Кэтрин и Джейн Доу.

В древности убийство с последующим расчленением или частичным отделением частей тела было напрямую связано с жертвоприношениями. В Средние века – с казнью: отсекающий косой нож гильотины и четвертование. Расчленение трупа преступниками достигло пика распространения на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков.

Пару лет назад управление отправило Грейс в Вашингтон ДиСи на курсы повышения квалификации для полицейских в ФБР.

Грейс подробно изучала криминальные расчленения и написала несколько собственных работ, опираясь на показания пойманных серийных убийц.

Криминальные расчленения производят не только для более удобной и незаметной транспортировки тела с места совершения убийства. Обнаружение частей тела почти всегда говорит о преступном расчленении. Порезы на теле Кэтрин Донован и неизвестной и отсутствующие груди говорили о том, что расчленение было наступательным. Попытки скрыть личность жертвы или свою не было. Но была попытка обезличить, лишить жертву её женского естества, осквернить. Удаление молочных желёз иногда свидетельствует о том, что преступник пытался скрыть следы наступившей нежелательной беременности, но в таком случае обычно удаляются и репродуктивные органы. Это что-то другое. Возможно, ненависть к женщинам или какая-то детская травма, нанесённая одной женщиной, скорее всего матерью. Иначе откуда такая фиксация на молочных железах?