Книга Монстр внутри, страница 125 – Оливия Нортвуд

Грейс открыла рот, приготовившись спорить. Он заранее знал, что она скажет, но ни один её аргумент не убедил бы его отпустить женщину на легковой машине в одиночестве пробираться через горы.

– Я знаю, что ты скажешь, Грейс, но поеду я. Думаешь, одинокая женщина на дорогой машине в этом медвежьем углу – хорошая идея?

Похоже, у неё не было сил и желания спорить. В глубине души, там, где она признавала себя уязвимой, она уже согласилась с ним.

* * *

Дорога была сложной. Прошёл ледяной дождь, и хайвей превратился в каток. Машину Джеймса несколько раз заносило, но ему всё же удалось добраться до монастыря.

Наполовину слепой, сгорбленный старик не представился. Он не мог вспомнить никакого Майлза Чапмана.

Джеймс пытался поговорить с ним, пытался разузнать, помогает ли ему кто, но старик лишь отшучивался. По двору перед его домом, сколоченным из чего придётся, бегали упитанные куры. Сам старик тоже выглядел прилично. Джеймс решил, что кто-то о нём всё же заботится.

Джеймс сожалел о потраченном времени. Ему так и не удалось выяснить подробности о пожаре. Старик не мог даже назвать внятную причину, почему он поселился на руинах Сент-Джозефа.

Он долго разглядывал фотографию отца-настоятеля из статьи про пожар, но так и не смог соотнести мужчину с неё с проседью в волосах с лысым стариком, покрытым шрамами.

Он пригласил Джеймса в дом и поставил чайник на плиту. Джеймс с любопытством наблюдал за ним.

– Откуда у вас эти шрамы? – Джеймс взял его за запястье и нахмурился.

Короткого, полного тревоги и сожаления взгляда хватило, чтобы Джеймс понял: старик что-то недоговаривает.

Джеймс покачал головой. Слишком много загадок для него одного. Ему хотелось вернуться в Вашингтон и перетрясти весь штат, чтобы найти Майлза Чапмана. Он ненавидел маленькие города, застывшие во времени, с их тайнами, в которые они никогда не посвятят чужака. Старик промямлил какой-то ответ, но Джеймс его уже не слушал.

– К чёрту, – шепнул Джеймс и медленно подошёл к двери.

В Сиэтле его ждала Мэдди. Грейс, вой полицейских сирен, запах крови и формалина. И ублюдок, которого он должен был поймать. Джеймс должен был ехать домой. Ему больше нечего делать в Вайоминге.

Муниципальный приют в Спокане закрыли в конце нулевых, когда государство окончательно прекратило финансирование. Личные дела сирот и воспитателей лежали в городском архиве. Они сильно обветшали. Некоторые документы покрылись плесенью: с конца нулевых городской архив пережил наводнение и бесконечную смену архивариусов, о чём Грейс рассказал отец.

Дэниэл Келлер горячо откликнулся на просьбу дочери найти контакты Эйдена Харриса, когда Дайан оказалась бессильна. Говоря с ним по телефону, Грейс улыбалась. Она любила его таким: погружённым в работу, энергичным, строящим догадки.

Грейс не торопила его. Пока Джеймс был в Вайоминге, она поговорила с агентом Генри Уайтхоллом, назначила встречу Мэтту и увиделась с Холли. Она ни на что не рассчитывала. Даже если предположить, что Эйден Харрис жив и согласится с ней поговорить, что он ей скажет? После того, как Майлза Чапмана отвезли в приют при монастыре, Харрис, должно быть, и думать о нём забыл. Ответы нужно было искать не здесь. В последнее время Грейс всё чаще думала о том, что они вовсе не найдут ответов.