Книга Кровь служанки, страница 74 – Алеся Кузнецова

Единственным желанием Эвы было дойти до кровати и упасть в ее мягкость. Но лишь сделав шаг, она ногой зацепилась за непонятный предмет и полетела лбом вперед.

Эва успела выставить руки, но все равно больно ударилась коленом о край кровати. Сердце ухнуло в пятки. На полу, едва различимый в сумраке, стоял чемодан. Дианин чемодан.

– Черт… – выдохнула Эва сквозь зубы и, сев прямо на пол, потерла ушибленное колено.

Злость и усталость смешались и она хлопнула кулаком по раскрывшемуся чемодану, словно мстя ему за свое падение. А потом схватив первую попавшуюся вещь со всей силы бросила в стенку. Светлая майка перевернулась в воздухе и распласталась на полу гостиничной комнаты. Эва встала, потерла ушибленную коленку и включила свет. В глазах появилась неприятная резь. Она потерла глаза и пнула чемодан ногой. Она уже прошла мимо, но взгляд вдруг зацепился за знакомую до боли надпись на майке. Арно был крайне щепетилен во всем, что касалось его одежды. Он покупал для тенниса майки только одной фирмы и Эва вспомнила, как ехала через весь город лишь потому что в их бутике закончились майки его размера. Она тогда купила сразу четыре штуки на смену. Но одну муж потерял. Их осталось три.

Эва осторожно нагнулась и дрожащими руками досталамайку из чемодана. Нос уловил еле слышные терпко-сладковатые нотки амбры и сандала. Запах, который она знала до боли.

Эва стиснула ткань в пальцах так, что побелели костяшки. Голова закружилась, и на секунду ей показалось, будто замок накренился вместе с ней.

– Нет… – шепнула она, едва слышно. – Этого не может быть.

Запах бил в виски, поднимал из памяти слишком живые картины: Арно после тренировки, его ладонь на ее плече, его смех, когда она ворчала, что опять пришлось ехать за этими дурацкими майками. Все это было ее жизнью. Ее семьей. Ее – и не могло вдруг оказаться здесь, в чужом чемодане, среди вещей Дианы.

Эва прислонилась к стене, пальцы вцепились в ткань и теперь майка дрожала в руках, но выпустить ее она не имела сил и лишь еще сильнее сжимала, пока боль и напряжение не стали нетерпимыми. С каждым вдохом еле слышный запах амбры и сандала становился все сильнее, все реальнее и, казалось, уже заполнял всю комнату, не оставляя ни единого шанса на спасительное заблуждение.

Мир расплывался: стены будто подрагивали, ковер уходил из-под ног, чемодан зиял открытой пастью, как улика, желавшая поглотить и разрушить то, что уже и так, наверное, не спасти…

Она шагнула назад, едва не споткнувшись о край кровати. «Нет. Ошибка. Совпадение. У Дианы может быть кто-то другой, кто носит такие же майки, кто пользуется тем же парфюмом, только не ее Арно…».

Но чем упрямее она убеждала себя, тем сильнее бился в висках пульс, разливаясь гулом во всей голове. Ткань под пальцами была до боли знакомой: плотная, упругая, чуть шершавый логотип. Но мало ли в мире таких маек? Это же серийное производство. Эва смотрела на безжизненный хлопок как на живое существо, которое только что предало ее. Она брезгливо поморщилась и почувствовала подступающий к горлу позыв тошноты. Пальцы расжались и майка безвольно упала на пол, оставив на ладонях липкий холод.

Голова кружилась и нужно было лечь, чтобы не распластаться самой на этом дурацком полу. «Надо лечь. Просто лечь. Завтра все станет яснее. Завтра…» – повторяла она, хотя знала: это «завтра» уже никогда не будет прежним.