Книга Игра перспектив/ы, страница 59 – Лоран Бине

(Расшифровка речи в церкви Сан-Лоренцо, 19 марта 1557)

Сотоварищи мои, вспомните старинный девиз Медичи: «Эпоха возвращается». Сделайте его своим девизом и будьте готовы. Сообщите новость всем вокруг: эпоха возвращается. Тем больше сторонников вовлечем мы в наше дело и тем больше у нас будет сил, когда мы потребуем, чтобы герцог дал нам желаемые права. Рыбаки и торговцы рыбой, для которых даже цеха не нашлось, – наши братья. Дети из Вольтерры, что без продыху батрачат на богатых суконщиков, – наши братья. Крестьяне, возделывающие тосканские земли для городских хозяев, – такие же наши братья, как и крестьяне германские, коих тридцать лет назад поубивали князья за то, что те восстали против их беззакония. Если мы не хотим дождаться той же участи, наша позиция перед герцогом должна быть совершенно тверда, чтобы требовать защиты от алчности торговцев, которым мы служим. Так вот, когда popolo minuto соберется в армию, которой не видно будет конца, мы добьемся законов, запрещающих, чтобы скупость избранных топила в нищете большинство. Кто думает, что все это пустые мечты, а не разумные требования, тем надо напомнить вот что: есть вещи, которые нигде, кроме как во Флоренции, невозможны. Только здесь предписано, сколько стали должно пойти на изготовление шлема. Только здесь лавочнику могут запретить продажу товаров, на которых специализируется его сосед. Так что в городе, где столько законов на все случаи жизни, герцогу не составит труда издать еще один, который закрепит минимальный заработок.

Ливорно, 20 марта 1557

Итак, насколько я понял, Флоренция, город, доверенный мне Господом, вдобавок к заговорщицам, наследницам Савонаролы, наводнен мятежными чомпи? Всё, довольно, заразу необходимо вымести. Отыщите этого Марко Моро, арестуйте и бросьте в самую сырую темницу. Я начинаю жалеть, что избавился от львов, распространявших смрад по дворцу. Впрочем, что теперь! Коль скоро краскотер решил поиграть в Спартака, так и быть, я распну его вместе с подельниками, пусть висят вдоль виа Ларга.

Славное будет зрелище к новогоднему празднику.

Флоренция, 20 марта 1557

К дьяволу сестер из Сан-Марко, Прато, Ареццо и всех прочих! Бросайте своих сирот и приходите ко мне в палаццо Веккьо, как только получите это послание. Герцог отвел нам на поиск работника пять дней. Стража всех городских ворот усилена, а значит, он все еще во Флоренции. Прячется, вот только где? А лучше уточним: у кого?

21 марта 1557

Страх, Баттиста, никогда не споспешествовал великим делам. И, напротив, часто порождал самые подлые. Сукин ты сын, я знаю, что это ты предупредил людей герцога. Думал, сдашь меня барджелло и тебе ничего не грозит? Только я изучил Сан-Лоренцо лучше, чем твой отец твою мать, зачиная тебя, ублюдка. Когда Вазари спустил герцогских псов в церкви, я был на лесах и, воспользовавшись переполохом, поднялся к дыре, проделанной ранее студентами-рисовальщиками, решившими рассмотреть фрески, скрытые за щитами. Оставалось только снять несколько черепиц, которыми я сам же ту дыру заделал, да убежать по крыше. Так что я по-прежнему на свободе. В конце концов, хоть какая-то польза от одержимости Понтормо: это она меня спасла.