Книга Игра перспектив/ы, страница 26 – Лоран Бине

Флоренция, 2 февраля 1557

Любезный друг, мне сообщают пренеприятные вещи о принце Альфонсо. Дескать, он бьет своих приближенных и груб с женщинами. А знаете, что говорят еще? Что в результате неудачного падения с лошади еще в детстве он лишился мужской силы. Заклинаю вас, отмените свой план. Неужто вы собираетесь отдать нашу дочь скопцу, да еще неотесанному мужлану, который не способен обеспечить продолжение как своего, так и нашего рода и умеет только измываться над супругой? Вы герцог Флорентийский, все самые знатные дома Италии и Европы сочли бы за честь породниться с вами. Почему не Орсини, Фарнезе или даже Габсбурги? Хотелось бы заметить, что младший сын императора Фердинанда, ни больше ни меньше эрцгерцог Австрии и граф Тирольский, по-прежнему холост. Неужели он отказался бы от самой завидной партии в Италии? Сжальтесь над ней, друг мой. Из любви ко мне напишите герцогу Феррарскому. Скажите, что наша дочь слишком юна, страдает приступами меланхолии, что у нее французская болезнь, придумайте что-нибудь! Вы великолепно владеете дипломатическим языком, воспользуйтесь этим, скажите, если надо, что ее мать сошла с ума и не хочет отпускать от себя дитя, сошлитесь на состояние моего здоровья, найдите любой предлог, но не продавайте ему Марию. Кровь Медичи стоит большего, чем может предложить дом д’Эсте. Продавайте, если уж надо продать, но не сбывайте с рук.

Лукка, 2 февраля 1557

Дорогой герцог, настоящим письмом подтверждаю то, что уже должен был сообщить ваш сын: знакомство с моей дочерью состоялось, и не побоюсь сказать, что впечатление на молодого принца она произвела великолепное. Больше всего желаю, чтобы это было взаимным, и тогда мы могли бы выбрать день, приходящийся на весну. Естественно, церемония пройдет во Флоренции, как и положено, со всеми почестями, подобающими вашей семье, и пышностью, на какую только здесь способны. Не сочтите, будто, определяя сроком весну, я желаю повременить с делом, которое как ни одно другое дорого моему сердцу, но видите ли, мой герцог, Мария хоть и достигла семнадцатилетия, по натуре еще дитя, она очень привязана к родителям и своему городу, так что для нас с герцогиней пара месяцев не будут лишними, чтобы подготовить ее к великому счастью союза с вашим сыном.

Фонтенбло, 3 февраля 1557

Мой дорогой кузен, хотелось бы адресовать вам два вопроса, недавно пришедшие мне на ум. Почему нет никаких новостей о вашем человеке и порученной ему миссии в палаццо Веккьо? Прошла целая вечность с тех пор, как он обещал мне совершить чудо из чудес, но ничего не происходит. Отсюда мой второй вопрос: не рассматривали ли вы вероятность, что этот человек в сущности обыкновенный прохвост? Да, король Франциск высоко ценил его искусство, но лично мне запомнился распутник и большой бахвал, он только и делал, что требовал денег за произведения, которые никак не мог закончить. Поэтому позвольте сказать, что вам следовало бы подумать о другой кандидатуре, ибо видится мне, что если мы хотим заполучить картину, то время не ждет: хранить ее будут, лишь пока не откроется истина касательно смерти живописца, после чего уничтожат.