Книга Жирандоль, страница 205 – Йана Бориз

Агнесса последовала совету, спрятала поскорее письмо в карман и побежала, куда планировала. С покупками не задалось, роскошества отпускались по неимоверным ценам, приходилось выбирать: паровоз или застолье с пловом и пирогом. Может, просто испечь рулет? Все-таки паровоз важнее. А на плов она потребует денег у Льва, у него зарплата начальственная, просто на сына времени не хватало. Но паровоз обещали принести только в пятницу, так что она все равно отстояла в очередях и накупила маргарина, яиц побольше, масла сливочного и постного, сушеной воблы вместо нежной селедки, так что удалось заложить какой-никакой фундамент к празднику.

Вечером ее ждал Арсений Михайлович на обязательное занятие. Она пришла чуть пораньше, он слушал пластинку Гайдна, заимствованную на пару вечеров у дирижера местного оркестра. Отрывать нельзя, пусть наслаждается. Агнесса села в прихожей на табурет, вытащила письмо из заледенелого кармана пальто.

«Уважаемая госпожа Шевелева. Общество помощи российским беженцам в городе Новый Орлеан, штат Луизиана, США, выражает Вам свое почтение и желает успехов и процветания во всяческих начинаниях. Нам стало известно о вашем местопребывании от беженки Ивановой Галины Ивановны. Поскольку общество русских эмигрантов собирает сведения о согражданах, потерявших связь с родственниками, позвольте поинтересоваться, не является ли вашим зятем господин Авербух Лев Абрамович 1905 года рождения, уроженец Климовичей, Белоруссия? Его разыскивают родные сестры Берта Абрамовна Злотник, 1902 года рождения, с супругом Наумом Ароновичем, 1898 года рождения, и дочерью Сарой Наумовной, 1929 года рождения, а также Лия Абрамовна, 1908 года рождения. Они проживают в США, штат Миссисипи, Седлтон, ранчо "Под орехом", бежали от немецких оккупантов и планируют вернуться на родину. Сообщают с оказией, что пребывают в отменном здравии и благополучии, чего и вам желают.

Ваш преданный слуга, секретарь Общества помощи российским беженцам Аркадий Михайлович Корниевский»

Обратного адреса она не нашла.

Пластинка закончилась, волшебный Гайдн стих и ждал оваций. В дверях стоял растроганный Арсений Михайлович со скрипкой в руке.

– Арсень Михалыч. – Агнесса вежливо приподнялась с табурета. – А у вас нет родственника в Америке? Аркадия Михайловича Корниевского?

Тоненький завиток пролез в резную петельку и растаял жемчужным облаком – это след от саней Деда Мороза. Похожий на жемчужинку бугорок – это мешочек с подарком, что нечаянно из них вывалился, и его занесло вьюгой. Волшебное покрывало изморози сочиняло много сказок, все чародейские, но печальные, в конце кто-то умирал, замерзал, с улыбкой глядя на хоровод снежинок, как несчастная девочка из грустной повести Андерсена.

Катюша Сенцова подышала на стекло, продырявив праздничную паутину. В образовавшуюся проталину заглянул грязный угол сарая.

– Доченька! Собирайся! Ехать пора! – Мягкий, не огрубевший с годами голос матери сначала поискал ее в горнице, а потом пробрался в чулан, где отец прорубил оконце и соорудил Катюше классную комнату.

Скоро в школу, она будет здесь готовить уроки, а пока можно приспособить под кукольную, чтобы мастерить красавицам наряды. Правда, мама требовала убирать рукоделия перед едой и сном, но для того в чуланчике имелась занавесочка.