Книга Смерть в летнюю ночь, страница 96 – Кристина Додд

– Причем он ведет себя так со всеми – и молодыми, и старыми! – пораженно воскликнула я.

– Именно! Приходится только удивляться, что в него не влюблены вообще всеженщины.

Мама отломила кусочек домашнего хлеба с орехами и сухофруктами и намазала его мягким сыром капринои абрикосовым конфитюром. Потом посмотрела на коричневую краюшку в своей руке и тихонько рассмеялась.

– А князю Эскалу этот хлеб очень понравился! Приятно, что у этого угрюмого человека хоть что‐то вызывает теплые чувства.

– Вот именно, хоть что‐то.

Возможно, мой тон выразил нечто большее, чем мне бы хотелось, потому что мама вдруг остановила на мне внимательный взгляд и улыбка на ее губах застыла.

Я пожала плечами.

– Поговорим лучше про папу, – попросила я.

Отвлечь маму легко – ей лишь бы поговорить о своем Ромео.

– А что папа… Мне вечно приходится объяснять каждой новой влюбленной в него, что ему нравятся все женщины в мире.

Я взяла маму за руку.

– Но есть лишь одна, которая занимает в его сердце особое место.

– Да, – без ложной скромности и без малейшей тени сомнения согласилась она.

Я выбрала пшеничную булочку с румяной корочкой, намазала ее сливочным маслом и полила медом, собранным с цветов нашего лимонного сада. Откусила кусочек, закрыла глаза, чтобы сильней насладиться вкусом и ароматом, а когда открыла их, увидела, что мама смотрит на меня и улыбается.

– Герцог Стефано говорил, – сказала я, – что если я буду так много есть, то скоро растолстею.

Не совсем дословно, конечно, но что‐то похожее он и правда сказал.

Рассмеявшись, мама откинула голову.

– Рози, ты же все время двигаешься, на месте не усидишь и секунды. В покое разве только спишь. Когда я впервые почувствовала, как ты пинаешься в моем животе, то сразу поняла, что и в жизни ты все время будешь занята и станешь верной помощницей для своей мамы. – Она ласково погладила живот, словно пытаясь утихомирить находившегося там ребенка.

– Особенно потому, что я умею хорошо считать? – поддразнила я ее.

– Именно так, – сказала она и бросила взгляд в сторону детской спальни, откуда уже доносился грохот: детки проснулись. – Давай расскажу поскорее про папины похождения. После того как отец Маркетти и твой папа обменялись ударами, вышел заспанный Лисандр, и Ромео потребовал объяснений, как он сумел проникнуть в дом Монтекки. Снова поднялся крик, потасовка возобновилась, и Маркетти-старший заявил, что в нашего папу вселились бесы. Тогда Лисандр признался, что он действительно не раз проникал к нам в сад.

Я наклонилась вперед, напряженно слушая – как жаль, что там не было меня!

– Но все быстро успокоилось, – продолжила мама. – Лисандр рассказал, что смастерил что‐то вроде стремянки из заморской древесины. – Мама наморщила лоб. – Папа сказал, что внутри она пустая. Хотя можно ли ему верить? Вернулся он очень пьяным.

Последние слова она произнесла таким язвительным тоном, что я усмехнулась.

– Твой возлюбленный Лисандр еще очень молод, но в семье уже пользуется уважением. К концу папиного визита мужчины успели распить несколько бутылок вина, которое, конечно, сильно уступает нашему, но помогло уладить былые разногласия между нашими семьями и потушить старую вражду.

– Ай да папа!

– Если я правильно поняла то, что отец мне с утра бормотал, он считает, что Лисандр далеко пойдет.