Онлайн книга «Отсроченный платёж»
|
– Да уж, и натворил потом дел по всей Европе… – Что есть, то есть. Но сам всегда говорил, что гордится не победами на поле боя, а своим Гражданским кодексом. Между прочим, его кодекс положил начало целой системе права в Европе, многие принципы действуют до сих пор по всему миру. Вообще, человек был чрезвычайно разносторонним и, разумеется, гениальным. Причем гениальным военным, политиком, стратегом, монархом. Англичане так от него натерпелись, что после смерти захоронили его в нескольких гробах, включая свинцовый, – Луиджи весело расхохотался. – Я что-то об этом слышала… – Ну как же! В четырёх гробах его похоронили англичане на острове Святой Елены, цинковый, красного дерева, свинцовый и опять красного дерева. Через почти два десятилетия прах эксгумировали и перенесли в Дом инвалидов, где соорудили саркофаг из порфирита, в который вложили уже шесть гробов один в другой. Причём порфирит для него купили в России, с которой Наполеон свирепо воевал. – Луиджи посмотрел на часы. – Если ты хочешь увидеть всё это своими глазами, то нам пора собираться. – Дай мне полчаса! – Джулия легко поднялась из кресла. – Я мигом! Дверь за ней закрылась. Луиджи подошёл к окну. Он как в детстве прислонился лбом к оконному стеклу и глядел на улицу. Как хорошо ему с ней! На второй план отходило всё, абсолютно всё. Как мираж в пустыне растаяли контракты, договоры, конференции, обязательства, он просто купался в сегодняшнем дне, в её зеленых глазах, утопал в её рыжих волосах, слушал музыку её голоса. И время остановилось. И не хотелось ничего больше. Он достал из кармана смартфон. Набрал номер, не отрывая лба от холодного стекла. – Алло! – Здравствуй, отец. – Луиджи! Здравствуй сынок! – голос отца был переполнен радостью. – Как у тебя дела? – Все хорошо, папа. Как ты? Как себя чувствуешь? – Прекрасно! Лет на восемьдесят! – отец хрипло засмеялся. В свои восемьдесят четыре он был ещё крепок, как нередко бывает с людьми, живущими в горах. – Молодец, – Лу улыбнулся, – как мама? Чем занимается? – Она в церкви, ты когда приедешь, сынок? Давно не был. – Приеду, папа. Через неделю приеду. Познакомлю вас с будущей женой. – Бог мой, Лу! Тогда и я в церковь схожу! Поблагодарю Спасителя за такую новость! Валетти тихо улыбался. Представить старого Сантино в церкви было сложно. – Мы приедем в понедельник. – Мама очень обрадуется, сынок. – Поцелуй её от меня. – Хорошо, Лу. До встречи! – Пока, отец! Туман за окном начинал рассеиваться, а Валетти всё стоял у окна, засунув руки в карманы халата. Мысли уносили его в тихий Больцано, где начиналась его жизнь, перед глазами проплывали склоны гор, покрытые зеленью, согретые жарким летним солнцем и маленький, уютный городок, живущий тихой размеренной жизнью. Когда-то он уехал из этого сонного уюта в шумную римскую суету. Ему казалось, что жизнь в большом городе гораздо интересней, перспектив больше, возможности доступней. Разумеется, всё это было именно так, но теперь, спустя почти полвека, его тянуло к спокойствию и размеренности. И теперь воображение рисовало ему собственный уютный дом у подножия гор, спокойные вечера во дворе с детьми и, конечно же, Джулией. Она непременно согласится. Он в это верил. У него есть четыре дня, чтобы подготовиться. Её поездка в Стокгольм даже очень кстати, он закажет в Париже кольцо, всё подготовит и продумает в Больцано. Она должна согласиться. |