Онлайн книга «Отсроченный платёж»
|
Рифат тем временем гремел посудой откуда-то из глубины дома, потом Марк услышал, как он прокричал: – Марк, пальто вешайте в шкаф, справа! Жена сегодня в ночную, проходите не стесняйтесь! Шатов открыл дверцу, взял свободную вешалку, накинул на неё пальто и в глубине шкафа увидел погоны. Он осторожно отодвинул от офицерского кителя остальную одежду. Погоны майора. Орден Красной Звезды. Медаль «За отвагу». И ещё несколько наград, которых Марк не знал. – А вот и чай! – раздался за спиной голос Рифата. Марк закрыл дверцы шкафа, вытряхнул на ладонь таблетку и прошёл к столу. – Вы когда-нибудь слышали о царе Соломоне? – сосед снял очки и размял переносицу. – Ну конечно, – пожал плечами Шатов, – царь-мудрец вроде… Кольцо какое-то там было у него… – Да, верно. Это притча о кольце Соломона и отсылка на вашем фото тоже, очевидно, к притче. Жил царь Соломон, мудрый и справедливый правитель Иудеи. Его часто обуревали страсти, которые ему мешали править. И вот он обратился к мудрецу за помощью. Тот дал ему кольцо и сказал, как будет трудно, читай надпись на кольце. И вот, как наступали тяжёлые дни, Соломон читал надпись «Всё пройдёт». Это до поры помогало ему справляться со страстями, отрезвляло в моменты веселья и давало надежду в моменты отчаяния. Но пришло время, когда, даже прочитав надпись, Соломон не мог укротить ярость, снял кольцо с пальца и собирался выбросить его в море. Но когда, сняв кольцо, он посмотрел на его внутреннюю часть, он прочитал: «Пройдёт и это». – Хм… – усмехнулся Шатов. – Да, именно! – Рифат посмотрел на Марка и тоже улыбнулся. – В этом ведь вся суть жизненного цикла, если задуматься. Я что-то не так сказал? – Эту надпись нам с партнёром оставил третий партнер. Сначала обобрал нас до нитки, исчез и оставил нам это послание. – Просто так, без причины обобрал? – История длинная. Если коротко – это месть моему напарнику за смерть отца. Но, как выясняется, в смерти его отца виноват сам отец, а мой напарник совсем и не виноват. Короче, всё глупо, запутанно и… непоправимо… Такой вот вышел отсроченный платёж. Рифат вздрогнул. – Как вы сказали? – Отсроченный платеж я сказал, – Марк устало откинулся на спинку стула. – Да, верно. А еще вы сказали «непоправимо». Но, уверяю вас, «непоправимо» – это не про деньги… Лицо Рифата сделалось мрачным, он налил себе и Марку ещё по чашке, сделал глоток и как-то отстранённо начал: – У меня когда-то был друг… В прошлой жизни… Вечер историй продолжается, раздражённо подумал Шатов. Таблетка начинала действовать, боль в затылке понемногу утихала и горячий чай был по-особенному приятен после морозного воздуха улицы. От натопленной печи веяло уютным теплом и в целом, Марк ощущал приятное расположение к собеседнику, который, надо признать, совсем вывалился из рамок шатовского о нём представления. Абажур проливал свет на стол, руки и чашку Рифата Марк видел отчётливо, а вот голова и глаза уплывали в тень. Только стёкла очков тускло поблёскивали в полумраке. – Умер? Или тоже исчез, как и наш "друг"? – съехидничал Шатов. – Пожалуй и то, и другое… – сосед, казалось, не заметил иронии. – Андрей его звали. Мы вместе с ним в военном училище учились в Ленинграде, а по окончании в одну часть распределились. В восемьдесят пятом Афганистан… Я военным переводчиком, он – замполитом. |