Книга Молчание греха, страница 157 – Такэси Сиота

– Кажется, я просто не могу поймать объект. Он всегда далеко, и я не могу к нему приблизиться.

Мацумото попросил четвертый коктейль и сонными глазами взглянул на своего ученика.

– Будь проще, когда рисуешь. Для профессионального художника важно закончить картину к сроку. А такому молодому художнику, как ты, нужно рисовать как можно больше.

Такахико сидел неподвижно, как каменная статуя, ничем не выказывая своего согласия со словами наставника. Неужели тот не в состоянии понять, что если сейчас нарисовать картину кое-как, то следующая не будет лучше? Или, может быть, он знает об этом, но не придает значения?

Такахико и сам хотел бы рисовать больше. Но ему запрещали продавать свои работы, а жить на зарплату преподавателя художественного училища было чрезвычайно трудно. Он тайно подрабатывал репетитором по рисованию, но это занимало много времени, не оставляя возможности заниматься собственными картинами.

– Возможный вариант – просто оставить как получилось. Реалисты склонны добиваться совершенства, а это опасный путь, будь осторожнее.

Хотя Мацумото и вел семинары, он не работал в стиле реализма и прохладно относился к Такахико, который никогда не был удовлетворен своими работами.

– Если не будешь участвовать в выставках «Минтэн», то не сможешь получить никакого признания. Твой однокурсник Синохара участвовал уже семь раз. Он такой же человек. Попробуй, у тебя получится.

– Однако, чтобы быть оцененным, нужно обладать многими качествами… – сказал Такахико, подразумевая деньги, и поднял стакан с пивом.

Сначала надо сделать подношения влиятельным судьям и, если они выберут твою работу, снова продемонстрировать им свою благодарность. Ему и так едва хватало на жизнь и покупку красок; откуда же взять деньги, чтобы подмаслить судей? Наверное, надо стараться скорее перейти в категорию тех, кому подносят, но для этого придется дойти до полного изнеможения и нравственно, и физически.

Синохара был сыном землевладельца из Канагавы. Дело обстояло таким образом, что студенты оценивались в зависимости от того, в какой семье им повезло родиться, и не имели возможности преодолеть порядки, господствующие и в университете, и в организации, отбиравшей работы на выставки. Это была система, ничем не отличающаяся от средневековой вассальной зависимости. Будь то персональная выставка в арендованной галерее или отбор работ на коллективную выставку – необходимость постоянно демонстрировать лояльность сюзерену приводила в отчаяние.

– Если нужно, у меня есть подработка, – заговорил Мацумото необычайно мягким голосом, возможно, заметив отрешенное выражение лица ученика. – Тебе, наверное, нужно сделать небольшой перерыв. Как насчет того, чтобы поехать в Киото на следующей неделе?

– В Киото?

– Амати-сенсею нужно перед выборами объехать академиков, которые живут в Кансае. Там их много, и поэтому ему нужен водитель. Номото, у тебя ведь есть водительские права?

Значит, поездка по домам академиков… Он и правда здорово устал, но с благодарностью воспринял предложение, которое обещало возможность познакомиться с Киото в свободное время.

– Я оплачу расходы на транспорт и проживание. А Амати-сенсей заплатит за работу.

Мацумото, должно быть, придумал этот план потому, что не мог позволить себе выпустить из рук такую удобную фигуру. Впервые за многие годы профессор, который привык размахивать кнутом, протянул ему пряник.