Книга Молчание греха, страница 110 – Такэси Сиота

Мондэн сразу понял, что означали эти слова. Чтобы получить признание Сакуносукэ Киси, требуется дополнительная информация – доказательство того, что Рё Найто и Такахико Номото жили вместе. Теперь у Мондэна появилась необходимая рекомендация, чтобы сделать первый шаг.

Похлопав по обложке блокнота Накадзавы, который доверил ему Мимура, он встал и сказал, что ему пора.

– Иногда он просит проводить его в парк, – сказала, оглянувшись с улыбкой на веранду, внучка, провожавшая Мондэна за ворота.

– Хочет посмотреть на вид со смотровой площадки?

– Мы поднимаемся на смотровую площадку, а еще медленно обходим все места, где сидели в засаде сыщики.

– И на мост тоже ходите?

– Да. Иногда он подолгу смотрит на него, не двигаясь. Думаю, он устает ходить. Он хорошо ест и хорошо спит в такие дни.

Мондэн низко поклонился и вышел из дома Мимуры.

Все это касается не только Накадзавы, Мимуры и Сэндзаки. Даже если дело забыто публикой, этот блокнот хранит усилия причастных к нему детективов. С каждым следующим шагом по асфальтовому тротуару Мондэн становился решительнее. И при этом размышлял, верно ли, что открытку отправили из Киото. Возможно, они были в Сиге.

5

Если начать перечислять, нет конца тому, что ей не нравилось. Манерные люди, неконкретные вопросы, утро с болью в горле, крупные компании, которые внезапно меняют условия предоставления своих услуг, правила доставки товаров на дом – и так не перечесть.

В этот день в конце февраля настенные часы слева от входа в галерею «Вакаба» показывали 19:25. У стены были сложены узкие картонные коробки разных размеров. Нужно поместить картины в рамках в желтые пакеты и упаковать в эти картонные коробки. Большинство из них возвращались в дома или на склады художников, а говоря прямо, оставались непроданными.

Первая групповая выставка, которую Рихо организовала в галерее «Вакаба», была нацелена на продажу известных и новых работ шести многообещающих молодых художников. Однако из тридцати восьми выставленных работ только две были отмечены красным кружком. Все это были небольшие работы четвертого размера, но никто не заинтересовался большими, размера 80–100.

– Когда же закончится этот коронавирус? – засовывая свою работу в желтую сумку, спросила Мива Кидзукава, на которую Рихо возлагала особенные надежды.

Она держала в руках красивую картину, где на ковер из перемешавшихся белых, фиолетовых и розовых флоксов падали лучи утреннего солнца. Рихо была уверена, что эта работа пятидесятого размера будет успешно продана, но в итоге этого не произошло.

Отчасти благодаря отправке личных сообщений и оповещению клиентов по телефону и электронной почте в первый и второй дни выставки пришло достаточное количество людей. Однако в будни посетителей стало меньше, и до самого последнего дня работы мероприятие так и не набрало обороты. Похоже, реклама, размещенная в художественных журналах, не дала никакого эффекта.

– Это правда, что многие из наших клиентов – пожилые люди.

Открытие выставки совпало с пиком шестой волны коронавируса, и количество заболевших оставалось тревожно высоким, а тут еще началась спецоперация на Украине… Усталость от коронавируса усугубилась охватившей мир депрессией из-за опасений по поводу негативных последствий войны на многих направлениях. И в ближайшие несколько лет выхода из этой ситуации не просматривалось.