Книга Судный день, страница 211 – Стив Кавана

Берлин спускался первым, молчаливый мистер Андерсон держался за ним. Я следовал за Андерсоном, а Блок двигалась за мной по пятам.

– Денвир заговорил? – спросил я.

– Боюсь, что нет. Будь у меня чуть больше времени и поменьше народу вокруг, все могло бы сложиться совсем по-другому.

– Мне не нравится, как это звучит, – сказал я.

На посту дежурного офицера изолятора сидел крупный детина, который выглядел так, будто съел кого-то чуть поменьше себя.

– Вы опять здесь, мистер Флинн?

– Никак не могу расстаться с этим чудесным заведением, – сказал я. – Мы хотим поговорить с Корном, если вы не против.

– Вы его адвокат? – спросил он.

– Смотря по обстоятельствам. Сначала он должен нанять меня. Впустите нас.

Дежурный забрал у Блок и Андерсона личное оружие, бегло обшмонал нас, а затем провел по знакомому коридору и открыл дверь камеры. В тот день Корн был единственным обитателем судебного изолятора. И дежурил там только один сотрудник охраны.

– Дайте мне знать, когда закончите, – сказал он, после чего запер нас с Корном внутри.

Тот сел на скамью, упершись локтями в колени и обхватив голову руками. И в этот момент я увидел кровавое пятно у него на бедре.

– Мистер Корн, меня зовут Александр Берлин, а это мистер Андерсон. Насколько я понимаю, с мистером Флинном и мисс Блок вы уже знакомы.

– А кто вы, собственно, такой, мистер Берлин? – вызывающе поинтересовался Корн.

– Что ж, на данный момент я делаю вид, будто работаю на Агентство национальной безопасности, поскольку именно эта структура одолжила нам машину. Моя конкретная роль в правительстве вас не касается. А вот что все-таки касается, то я здесь для того, чтобы предложить вам вот это.

У Берлина под мышкой был электронный планшет. Он достал его, постучал пальцем по экрану, открыв на нем какой-то документ, а затем передал Корну, который приступил к чтению.

– Здесь говорится, что я отсижу пять лет, если полностью признаю вину в нарушении закона при проведении следственных мероприятий… Боюсь, я не могу это подписать. Я не сделал ничего противозаконного. И я вас не знаю. Какие у вас полномочия, чтобы что-то мне предлагать?

Берлин набрал номер, сохраненный в его мобильном телефоне, и вскоре услышал ответ.

– Передайте этому человеку, что у меня есть полномочия заключить сделку, – произнес он, после чего передал телефон Корну.

– Кто это? – спросил тот.

– Это генеральный прокурор, – ответил Берлин.

Глаза у Корна недоверчиво расширились.

– У вас на быстром наборе есть генеральный прокурор штата Алабама?

– Нет, – сказал Берлин, – это генеральный прокурор Соединенных Штатов.

Прижав телефон к уху, Корн стал внимательно слушать. Минуту спустя он вернул его Берлину.

– Прошу прощения – я должен был убедиться, что у вас и вправду есть полномочия делать мне такие предложения.

– Вполне вас понимаю. И советую подумать на этот счет.

– Я уже подумал. Говорю же вам, я не сделал ничего противозаконного.

– Видите ли, тот деятель, который выступал против вас на последних выборах окружного прокурора, готовится баллотироваться по новой. Я уже договорился с несколькими влиятельными и богатыми людьми, которые обеспечат ему победу на этих выборах. Вы даже не сможете выставить свою кандидатуру на переизбрание. Хорошая для вас новость заключается в том, что он сторонник смертной казни. Плохая же в том, что мистер Вингфилд, скорее всего, будет сотрудничать со мной в обмен на иммунитет, а из этого следует, что вы будете осуждены за допущенные злоупотребления, воспрепятствование отправлению правосудия и, весьма вероятно, за убийство Колта Ломакса.