Книга Письма из тишины, страница 85 – Роми Хаусманн

Я и сам понимал, насколько нелепо, насколько драматично звучат мои слова. Стал бы журналист марать руки и идти на такой риск – риск быть обвиненным в нападении или даже в убийстве, – только чтобы заткнуть жертву своей позорной статьи? В конце концов, офицер был прав: если б статья не касалась меня лично, то, возможно, не показалась бы мне настолько ужасной.

– Я просто знаю, что на меня напал Бишоп-Петерсен, – выдавил я жалко, неубедительно. – То есть… я просто чувствую, что это он, и…

– Господин Вагнер, – вздохнул офицер, – я не могу оформить заявление на основании одного лишь чувства.

– Но кто, если не он? Так внезапно, спустя столько лет…

– Господин Вагнер, – повторил он и покачал головой. – Если хотите, я могу позвонить господину Бишоп-Петерсену, но…

Теперь уже я покачал головой.

– Не утруждайтесь. – Схватил со стола газету и вышел.

Никто не собирался мне помогать. Да и что тут можно сделать? У меня не было никаких доказательств против Бишоп-Петерсена. Я даже не мог с уверенностью сказать, что это он на меня напал. И да, возможно, я вел себя как параноик – что неудивительно, ведь нападение произошло сразу после моего визита в редакцию.

Добавим сюда разочарование из-за госпожи Лессинг и мысль об Анне, которая наверняка уже растрезвонила мою историю – или ту ее версию, которую она себе нафантазировала – по всему пансионату. К счастью, из-за травмы головы я сейчас на больничном, но когда утром я позвонил своей начальнице и сказал, что не приду, ее голос говорил сам за себя. И это лицемерно-фальшивое: «Да-да, конечно… что ж, поправляйтесь, Даниэль». Готов поспорить, что она позвонит мне еще до того, как закончится срок больничного. Я буквально слышу, как она объясняет, что не может оставить меня на работе. Потому что человеку с моей историей нет места среди других людей. Никто не хочет иметь со мной дело.

Мне вспомнилась Вики – симпатичная молодая женщина, с которой я познакомился несколько лет назад на сайте знакомств. О, как решительно я тогда стремился оставить прошлое позади и начать все с чистого листа! Вики была матерью-одиночкой и воспитывала двухлетнего сына – тем лучше, думал я: одним махом у меня появится своя семья!

Мы ходили в кафе, пили кофе, ели мороженое, гуляли с ее сыном на детской площадке, бывали у нее дома. Встречи это были невинными – никакой страсти, разве что тоска, смутное желание близости. Я снова начал пользоваться парфюмом, который когда-то так нравился Джули – Subtil pour Homme, – начал бегать по утрам, чтобы прийти в форму, и следить за прической. Я больше не был похож на молодого Джеймса Дина, но вполне мог сойти за заботливого партнера и отца маленького ребенка. Я был счастлив – или, по крайней мере, почти.

Но спустя несколько недель Вики начала спрашивать, почему мы никогда не встречаемся у меня. И тогда я решился – и пригласил ее в гости. Вики оставила сына у бабушки с дедушкой, и в нашем распоряжении была вся ночь. После ужина, который я приготовил сам, Вики захотела воспользоваться уборной, но, несмотря на мои объяснения, ошиблась дверью и попыталась открыть ту, что была заперта. Я объяснил, что за ней – спальня моей покойной матери. Вики насторожилась. Возможно, она ждала, что я открою и покажу, что внутри. Но сама мысль об этом вызвала во мне резкое отторжение. Это казалось слишком личным, и, возможно, я отреагировал резче, чем следовало бы.