Книга Письма из тишины, страница 154 – Роми Хаусманн

Но до знакомства дело так и не дошло.

– Джули, – сказал Бенни после долгого вздоха и повернулся к Филу лицом. – Я вчера был в полиции. Давал показания.

– Подожди. Показания? По какому делу? Почему ты мне ничего не сказал?

Бенни кивнул.

– Все ополчились против ее бывшего, Даниэля Вагнера. Помнишь его? Мы как-то столкнулись с ним в «Чичику»…

Теперь и Фил кивнул. Речь шла о клубе недалеко от вокзала – ярком, шумном, немного убогом, но с хорошей музыкой и охранниками, которые никогда не спрашивали документы, чем частенько пользовались Бенни и многие из его друзей.

– Да, помню. И что?

– Я видел его в «Чичику». В ту ночь, когда пропала Джули.

Фил непонимающе пожал плечами, и Бенни объяснил:

– Это значит, что Вагнер никак не связан с похищением. Потому что был той ночью в «Чичику». Понимаешь?

Нет, Фил не понимал. Он нахмурился: что-то не сходилось. Бенни ошибался. Точно ошибался. Джули пропала в ночь с шестого на седьмое сентября. Бенни просто не мог находиться той ночью в «Чичику». Он не пошел бы туда без Фила. Они были лучшими друзьями, а лучшие друзья не ходят в клубы поодиночке. Фил был уверен, что в ту субботу Бенни просто не мог быть в клубе. Он сам говорил, что останется дома, что хочет задобрить родителей, поужинать с ними, а потом поиграть в настолку. В «Монополию», кажется. Да, в «Монополию», потому что ее любил отец Бенни.

К счастью, Фил помнил, как все было. Бенни ошибался – наверняка перепутал даты. Да, они и правда были в «Чичику», но днем ранее. Фил помнил тот вечер: симпатичный бармен подмигнул и поставил перед ними два коктейля, а Бенни сказал:

– Смотри, это бывший Джули, тот самый Даниэль. Полный придурок. Наверное, надеется пересечься здесь с ней. Не понимает, что она больше не хочет иметь с ним дела. – Он засмеялся. – Да и вообще Джули, эта маленькая Мисс Совершенство, все еще боится сюда приходить.

И вот теперь Фил сказал:

– Ты должен пойти в полицию. Сказать, что ошибся датой. Ты ошибся, точно ошибся, я же знаю. Ты не пошел бы тусоваться без меня. И если ты не скажешь правду, полиция может обвинить тебя в препятствии расследованию. Оно тебе надо?

Бенни посмотрел на него растерянно, почти испуганно. Тогда Фил думал, что он боялся последствий. Ему и в голову не пришло, что Бенни может что-то скрывать. И даже сейчас он гонит эту мысль прочь. Не потому, что идея о том, что Бенни пошел в клуб один, все еще кажется немыслимой. А потому, что, если это действительно так… будет больно. Даже спустя столько лет.

Как бы то ни было, Бенни действительно пошел в полицию и изменил свои показания: теперь он утверждал, что видел Даниэля Вагнера не в ночь с шестого на седьмое, а с пятого на шестое. Это означало, что Вагнер остался без алиби.

…Фил поднимает голову и смотрит на Макса.

– Все сходилось, Макс! Вагнер знал Бенни в лицо, знал, что тот был лучшим другом Джули, и знал, что именно лучший друг Джули сначала подтвердил его алиби, а потом пошел на попятную. Полицейские сообщили. Нарушили долбаный закон о защите свидетелей, с которым сами так носятся, и подставили Бенни! Вагнер подкараулил его возле школы, схватил за шиворот и начал орать «Почему?!» прямо на улице. Только когда Бенни начал звать на помощь, он отпустил его и сбежал. Я был вне себя – хотел поехать к Вагнеру и набить ему морду. Но Тео Новак уже попробовал – ничем хорошим это не закончилось. Поэтому я посоветовал Бенни разобраться с Вагнером другим способом. Нужно было действовать, не сидеть сложа руки. К тому же я догадывался, что газеты предложат неплохие деньги за эксклюзивное интервью с кем-нибудь из близких Джули. А нам были нужны деньги – мы собирались уехать сразу после того, как Бенни окончит школу. Мы хотели уехать и начать новую жизнь, понимаешь?