Книга Исход, страница 250 – Сергей Харт

Я хромал, опираясь на палку. Левая рука была согнута в локте и примотана к боку. Саша помогла мне спуститься с холма и осторожно, придерживая мою руку, повела по тропе. Перед нами шла Вера. Она то и дело бросала через плечо нетерпеливые взгляды.

— Иди вперед, я догоню, — сказал я Саше.

Она посмотрела на меня недоверчиво.

— Дойдешь?

— Дойду, дойду. Не волнуйся!

— Ну ладно.

Девушка отпустила меня, догнала подругу, и они быстро зашагали вперед. Я остановился и подождал, пока меня нагонит Доктор.

— Долго мнееще так ходить? — спросил я, потрясая перед его носом палкой.

— Тяжелые раны долго заживают! — ответил он. — А ты всего-то неделю ходишь!

— Да, но они зажили уже на второй день! И я целую неделю обманываю свою девушку, притворяясь калекой! Да она меня с ложечки кормит!

— Нашел, на что жаловаться, — засмеялся Доктор. Меня захлестнуло негодование, а он продолжил: — Пойми же, Антон, о твоих способностях никто не знает и для всех будет шоком, если смертельно раненный человек на следующий же день станет бегать, как ни в чем не бывало!

— Так уже и смертельно, — скептически покачала я головой.

— Зря смеешься! Выстрел перебил бедренную артерию, когда тебя принесли ко мне, в твоем теле практически не осталось крови! Как ты вообще выжил, ума не приложу.

— Пусть так, но может пора уже все им рассказать? — не сдавался я.

— Ни в коем случае! Это всех шокирует! У Ивана серьезные проблемы с сердцем. Ты хочешь, чтобы он рядом со своим пулеметом лег?

Я обреченно вздохнул.

— И сколько мне так еще ходить?

Доктор задумчиво нахмурил лоб.

— Ну, недельки три — четыре…

Я застонал.

— Да ладно, шучу! — улыбнулся старик. — Денька через три руку освободим, а палку можешь завтра бросать. Только хромать для приличия не забывай!

— Саша будет возражать.

— На меня свалишь. Скажи, что я велел больше двигаться, чтобы кровь не застаивалась.

От его слов у меня прямо гора с плеч свалилась. После ранения я очнулся уже тут, в «Орешкино», в окружении друзей. Спал я около суток, а когда проснулся, был совершенно здоров. И все бы ничего, но Доктор заставил изображать из себя больного. Два дня не разрешал вставать с кровати, а потом примотал мне руку, сунул палку и велел хромать. Изверг!

В той войне мы победили. Со слов Деда, я упокоил до четверти всех людей Варанова, пока вытаскивал наших из лазарета. Только на моих гранатах восемь человек подорвалось! Поэтому, когда во двор вкатил танк, а в бой пошли до зубов вооруженные солдаты и без того деморализованный противник позорно бежал.

Бандиты разбежались по всему городу и обещали в будущем еще доставить нам хлопот. Сам Варанов с остатками своего гарнизона, заперся в доме, собираясь, по-видимому, стоять насмерть. Но не судьба. Прапорщик, через громкоговоритель пообещал прощение всем бандитам кроме Варанова,если они сдадутся, и пригрозил в противном случае расстрелять дом из танка. Они сдались. Вытолкали своего бывшего босса на улицу и побросали оружие.

Прапорщик сдержал обещание. Варанова арестовали, а его подельников торжественно простили. После чего поставили их к стенке и расстреляли на месте. Прощенными.

Варанову, как зачинщику, выпала участь похуже. Казнь выдумывали коллективно, и каждую версию обязательно до него доносили. Говорят, что через пару дней он на коленях умолял охрану его застрелить.