Книга Вик Разрушитель #4, страница 57 – Валерий Гуминский

Все равно я успел испугаться, когда защита на моих глазах стала прогибаться и в прямом смысле разваливаться, сползая с физического тела Долгорукова. Концентрированная энергия толкнула княжича в грудь и снова отправила его в полет. Удар оказался все равно чувствительным и серьезным. На этот раз Сашка улетел гораздо дальше, и барахтаясь как опрокинутый на спину жук, попытался подняться. Подскочив к нему, я занес руку для окончательного удара и заметил, что его ладонь нехотя ударила несколько раз по земле, признавая поражение.

Куан утверждает, что после «лапы тигра» редко кто может подняться самостоятельно, но сейчас я не дерусь насмерть, поэтому спросил с тревогой:

— Ты цел?Руками-ногами шевелить можешь?

— Отвали, Мамонов, — едва слышно проскрипел Долгоруков. — Дай сдохнуть спокойно.

— Живой, — я облегченно вздохнул и сел рядом с ним, глядя на подбегающих к нам девчонок в зеленых шарфиках и Целительницу.

* * *

— Ты можешь мне сказать, что вообще происходит? — недоумевал Демьян, глядя на размахивающего руками Мамонова. — Как человек без доспеха может сопротивляться активным плетениям, по сути, боевым магоформам? Я ничего не понимаю! По всем признакам Долгоруков просто сминает противника, а тот даже не падает и скачет как бодрый кузнечик!

— Я сама ничего не понимаю, — напряженно глядя, как пыхтящий от напряжения Долгоруков пытается уничтожить и размазать Мамонова, княжна Голицына даже отмахнулась. Великая княжна Лидия предупредила ее заранее, что бой будет не совсем обычный, и что на некоторые странности не надо обращать внимание. У Андрея довольно своеобразная техника, которая всегда приводит к успеху.

Когда Сашка налетел на Мамонова, стоявшего в легкой закрытой стойке, со вспарывающими воздух «серпами», Арина побледнела и машинально схватила за руку остолбеневшего Чарторыйского. Они одновременно закричали от ощущения приближающейся беды. Маги, следившие за состоянием защитных экранов, тоже почувствовали неладное и стали носиться вдоль барьера. И только Великая княжна сидела, прикрыв глаза, и на ее лице разливалась невероятная безмятежность.

Когда произошло столкновение двух дуэлянтов, Арина зажмурилась, чтобы не видеть лежащего на земле мальчишку, залитого кровью. Это ведь гарантированная смерть — выйти без доспехов против стихийника. В голове пронеслись мысли, что из лицея выгонят половину преподавательского состава без сохранения жалования, а весь Учебный Совет — так и в полном составе.

— Да он монстр какой-то! — услышала она потрясенный голос Чарторыйского, и медленно открыла глаза.

— А я предупреждала, что с ним легко не будет, — впервые с начала дуэли подала голос Лидия, сидевшая справа от Арины, с таким видом, как будто результат поединка был ей заранее известен. — Княжич Александр прекрасный боец, но его стихийная ипостась ничто по сравнению с Даром княжича Андрея.

Чарторыйский хотел что-то спросить у Великой княжны, но промолчал, хотя Голицына видела, что он глубоко задумался над ее словами.

Долгоруков лежал на земле, а отчетливая борозда, пропаханная на поле его телом, говорила о многом. Мамонов выглядел невредимым и совершал какие-то странные движения, похожие на танцы или на показательные выступления китайских гастролирующих монахов, якобы из самого Шаолиня. Кто знает, может княжич Андрей и набрался от них этих глупостей. Сами по себе пассы руками не дают преимущества перед стихийными плетениями. Одаренный большую часть времени стоит на месте и атакует той Стихией, которую пестует с момента инициации. И сближается только в момент, когда нужно закрепить успех и одним эффектным ударом завершить бой.