Книга Вик Разрушитель #4, страница 54 – Валерий Гуминский

— Все-все! Молчок! — Кочубей вздернул руки над головой, идя на попятный. — Просто интересно, что вы заранее расписали победу Андрея. Даня-то прав. На чем базируется уверенность Великой княжны? Кстати, мы так и не узнали, какая у тебя Стихия?

Вопрос предназначался мне.

— Я универсальный одаренный, — пробую отшутиться.

Спасло меня от дотошливых расспросов одноклассников появление Голицыной и какого-то парня в светлом костюме, не соответствующем форме лицея. Но на лацкане пиджака у него был узнаваемые значки Учебного Совета и «Чистых Прудов».

— Господа, — Арина простучала каблучками туфелек и остановилась возле учительского стола. — Приветствую вас. Разрешите донести до сведения Андрея Георгиевича, что княжич Долгоруков не выдвигает иных требований, что были заранее им озвучены. Дуэль признана Учебным Советом правомерной и состоится через несколько минут. Позвольте представить распорядителя дуэли княжича Чарторыйского Демьяна Викторовича.

Светловолосый парень с приятным округлым лицом и пробивающейся под носом щеткой усиков энергично кивнул, приветствуя нас. По-видимому, он из старшего потока, выпускник. А это значит, почти вся верхушка Учебного Совета в следующем году сменится кардинально. Вполне допускаю, что в него войдет Великая княжна Лидия; она явная кандидатка.

— Андрей Георгиевич, вы не отказываетесь от дуэли? — у Чарторыйского был мягкий бархатистый голос, обволакивающий умиротворяющей тональностью. — Может, возникли какие-то обстоятельства, которые позволят вам без ущерба чести не выступать на арене?

— Княжич Мамонов будет драться, — неожиданно подала голос Лидия. Она встала рядом со мной, упрямо задрав подбородок. Знакомый пассаж. Интересно только, почему напарница так рьяно выступила за дуэль. — Иные вопросы не обсуждаются. Я думаю, княжич Долгоруков должен быть наказан за свой проступок,порочащий честь высокородного дворянина.

— Не смею запрещать вам высказывать личное мнение, светлая княжна, — Демьян изобразил легкий поклон в сторону Мстиславской. — Итак, Андрей Георгиевич, через десять минут встречаемся на стадионе.

Мне дали переодеться в темно-синий комбинезон для дуэлей, чтобы не портить лицейскую одежду, после чего наша компания миновала опустевшее фойе центрального корпуса и через коридор перешла в здание, где был актовый зал. Возле него сейчас собрались старшие классы, которым было дозволено посмотреть схватку. Друзья присоединились к ним, а Лида осталась со мной. Арина все-таки включила ее в состав Комиссии, поддавшись напору Великой княжны.

Мы оба, чуть ли не рука об руку, вышли из здания и по залитой осенним солнцем улице дошли до стадиона. Я рассмотрел стоящего на входе Чарторыйского, княжну Голицыну, двух мужчин в серых плащах одинакового кроя и длины, женщину в коричневом осеннем пальто и в вязаной белой беретке, чьи глаза с золотистым отливом насквозь пронзали меня. За ее спиной застыли две молодые девушки в плащах. У обеих — зеленые шарфики с каким-то значком, отсюда разглядеть не получалось. И конечно же, застывший как каменная статуя княжич Долгоруков в такой же дуэльной униформе, только красного цвета. Он стоял отдельно ото всех, заложив руки за спину, настраиваясь на бой.

— Добрый день, господа, — подошел я и кивком обозначил приветствие.