Онлайн книга «Капкан Бешеного 2»
|
Однако по-прежнему он смотрел на людей затравленным волчонком, никому не доверяя: очень уж часто ему снились кошмары, главными персонажами которых всегда были пьяный Фёдор и многочисленные трупы в морге. Причём эти трупы гонялись за ним почти в каждом сне, и в каждом таком сне они все хотели его изнасиловать... Итак, никто ничего не знал про страшное детство Серебрянского. А в подсознании Анатолия Ильича причудливым образом сплелись морги и половое желание... Работая и в санчасти, и потом в Германии, он вёл некое подобие дневника, куда аккуратными буковками вписывал подробности того или иного вскрытия, свои мысли по этому поводу и даже свои тайные желания. Он, естественно, оберегал этот жуткий дневник от посторонних глаз, устраивая на каждом новом месте службы свой тайник... По ночам Анатолий Ильич доставал эту маленькую книжечку в кожаном переплёте и неистово онанировал... Звания у десантников всегда шли медленнее, нежели общевойсковых, впрочем, Серебрянский и не стремился к продвижению по служебной лестнице. Честолюбие Анатолия Ильича удовлетворялось другим: уже к двадцати восьми годам старший лейтенант Серебрянский снискал репутацию одного из лучших хирургов-практиков Закарпатского военного округа. В отличие от сослуживцев, мечтавших об академии, службе в больших городах и новых звёздах на погонах, Анатолий Ильич, по общему мнению, довольствовался малым: он лишь совершенствовался в своём ремесле. Человеческий организм, его способности, возможности и пределы составляли главный интерес Серебрянского. Большая часть зарплаты молодого офицера уходила на специальные книги и журналы. Не обременённый семьей, он дневал и ночевал в госпитале. Утром делал операции, днём обходил больных, а ночью шёл в морг: вскрывать умерших — в последнем он находил наивысшее удовлетворение. Даже какое-то своё дьявольское счастье. И страшно не любил, когда ему кто-нибудь предлагал при этом ассистировать, ссылаясь на то, что лучше сосредоточивается в одиночестве... Так оно и было: вскрывая какой-нибудь труп, особенно если этот труп оказывался не первой свежести,Серебрянский испытывал такое возбуждение, что легко доходил до оргазма. Чем безобразнее был труп, чем более он подвергся тлению, тем большее удовольствие получал выросший Толик. Ещё со времен училища Анатолий Ильич поражался, как всё-таки хрупок человеческий организм и как мало надо, чтобы незаметно лишить жизни любого! Солдаты-сверхсрочники, бывшие его пациентами, подмечали в молодом офицере скрытую склонность к садизму: если стоял вопрос, давать наркоз или нет, Серебрянский редко выбирал обезболивание — мучения и крики больных доставляли ему удовольствие, близкое к половому... Однако этот военврач почти всегда успешно оперировал и пациентов, считавшихся безнадёжными, и потому репутация его в глазах начальства оставалась блестящей и неколебимой. Однако ВДВ есть ВДВ: будь ты хоть врачом, хоть связистом, хоть особистом, но, коли посчастливилось служить в крылатом десанте, будь добр выполнять все требования. А требования в элитном ВДВ по тем временам в частях были куда жёстче, чем в общевойсковых частях. Ежедневные занятия по рукопашному бою, усиленная физподготовка, стрельба из многих видов оружия, обязательные прыжки с парашютом, нередко в ночное время, с последующим марш-броском с полной боевой выкладкой. |