Книга Физрук: на своей волне 5, страница 92 – Валерий Гуров

Такой «дядя» вполне способен сыграть на горячем нраве своего племянника. Опять подбросить «идеи» и начать крутить пацана в свою сторону.

Но для себя я решил твёрдо, что с Али мне нужно будет отдельно и конкретно поговорить. Именно на тему его племянника и на тему того жизненного пути, на который Али его методично толкает. Поэтому тему взаимоотношений Борзого с его дядей я сейчас специально поднимать не стал. Это совершенно ни к чему.

— Так что, молодой, как я тебе сказал, вопросов у меня к тебе больше не осталось. Но ты же понимаешь: то, что мы закрыли вопрос — это, конечно, здорово. Только косяк за тобой всё равно висит. Понимаешь, что нам с тобой теперь нужно отделять мух от котлет? — сказал я Борзому. — И, ты мне теперь за такой свой косяк должен. А косякову тебя аж два. Первый — за то, что ты мне чуть не вогнал шило в бок на стоянке. А второй — потому что ты мне разбил машину.

Борзый даже не попытался спорить с этим утверждением. Видно было, что он и сам прекрасно понимает, что тут всё без вариантов.

— Как мне эти два косяка можно исправить, Владимир Петрович? — спросил он.

— Как исправить, говоришь? — повторил я его вопрос, но скорее с философским подтекстом. — Ну, сейчас я на эту тему подумаю…

На самом деле я прекрасно знал, что ему предложу. Я чётко понимал, каким образом Борзый может загладить свою вину. Причем сделать это так, чтобы это целиком и полностью меня устроило. Так что думать мне тут особо было не о чем. Мне просто нужна была небольшая пауза, чтобы правильно выстроить разговор.

— Есть у меня к тебе одно предложение, — сказал я, посмотрев ему в глаза. — Вот только я сейчас на тебя смотрю и совсем не уверен, что ты даже с такой задачей справишься.

Я сказал это намеренно, как поддёвку и одновременно закинул крючок. И пацан, естественно, клюнул.

— А какая это задача? — спросил Борзый, мгновенно напрягшись. — Нет таких задач, которые мне не по плечу, — уверенно выпалил он.

Чего-чего, а самоуверенности Борзому было не занимать. Здесь он себе не изменял.

Я усмехнулся уголком губ, но тут же вернул лицу серьёзное выражение.

— У нас тут на носу кое-что интересное намечается, — начал я. — Школьная олимпиада…

Я достал тот самый документ — нашу заявку, которую должен был направлять в комитет, принимающий решение по участию или неучастию школы в этой олимпиаде. Бумагу я положил перед пацаном, а затем постучал по листу пальцем, привлекая его внимание.

— Вот здесь наша заявка на участие в этой олимпиаде и те виды спорта, в которых будут участвовать твои одноклассники, — сразу пояснил я.

— Так, — кивнул Борзый, скользнув взглядом по бумаге.

— Так вот, — сухо продолжил я, — у нас в классе есть ребята, которые идут в гимнастику, есть те, кто будет играть в футбол. Даже боксёры у нас, как видишь по заявке, тоже имеются.

В заявлении действительно были аккуратно прописаны дисциплины, в которых школа должна была участвовать. Там же фамилии самих ребят — отдельным списком под каждым видом спорта.

— Вот только здесь, — я снова постучал пальцем по заявлению, — одного важноговида спорта всё-таки не хватает.

— Какого важного? — насторожился Борзый.

— Борьбы, — пояснил я. — Ты же занимался борьбой?

— Занимался, — подтвердил пацан, и в голосе проскользнула гордость. — У меня даже разряд по борьбе есть.