Книга Невеста для инквизитора, страница 10 – Маша Ловыгина

Ноги несли ее мимо редких темнеющих домов, пока Верушка не уперлась в овраг. Она сама не поняла, как оказалась здесь. Будто что-то сломалось внутри и теперь неведомая сила вкупе с неослабевающим ужасом руководили ее поступками и мыслями.

Заросший овраг, пугающе черный в глубине, как нельзя кстати напоминал разверстую могилу. Случись что, когда тебя там найдут и найдут ли вообще. Район, поначалу казавшийся ей подходящим именно по причине малонаселенности, сейчас предстал во всей "красе" — кричи не докричишься, да и горло стянуло будто толстым шарфом опять же из-за страха.

Верушка зажмурилась и тряхнула головой, заставляя себя собраться. И тут же поняла, что если пробраться через этот чертов овраг, можно выйти на улицу, которая приведет ее к дому Стася.

Она никогда не была у него, но прекрасно знала, где он живет. Роскошный дом замглавы города, украшенный башенками и флюгерами, окруженный кирпичным забором с резными железными вензелями, выделялся на фоне простых пятиэтажек и зданий попроще.

Верушка бросилась вниз и, продираясь сквозь кусты, понеслась дальше, не обращая внимания ни на издаваемый шум, ни на колючие заросли, больно хлещущие по лицу и рукам.

Цепляясь за жесткую траву, стала выбираться. Решив перевести дыхание и вытереть пот с лица, она оперлась бедром о землю и обернулась. От увиденного в горле застрял хриплый возглас, а глаза буквально вылезли из орбит.

На противоположном краю оврага, всего в паре десятков метрах от нее, стояли три пса. В тусклом свете луны она явственно различила вздыбленные загривки и ощерившиеся пасти.

— Уходите! Прочь! — Верушка разозлилась не на шутку. — Отстаньте от меня! У меня с собой ничего нет! Ни колбасы, ни мяса!

Скорее всего, собаки среагировали на ее бег, решили таким образом "поиграть". Ну не сожрать ведь они ее хотели, в самом деле? Однако, если подумать, подобные игры всегда заканчиваются плохо. Зверь есть зверь, и запах крови для него как призыв к охоте...

— Черт бы вас побрал! — скрипнула она зубами и погрозила кулаком. — Лучше бы вы тех покусали, кто сейчас в моем доме!

Внезапно один из псов, самый крупный, поднял морду и протяжно завыл. В этом звуке Верушка уловила не только опасность, но и обреченность. И вдруг ясно поняла, что как бы она не старалась, договоритьсясо сворой ей не удастся. Бессмысленное дело — пытаться убедить бродячую собаку словами. Здесь нужен аргумент посерьезнее. Но, как назло, ничего подходящего под рукой не было. Ни палки, ни камня. Оставалось только бежать туда, где горят фонари и, возможно, есть прохожие.

Вскинувшись что есть мочи, она рванула дальше. И в туже минуту внизу оврага зашуршали кусты, раздираемые собачьими телами.

Ветер свистел в ее ушах, пока она неслась по дороге к дому Дымов.

"Стась! Стась!" — вспугнутой птицей металось ее сердце.

С разбегу ударившись всем телом о железную калитку, Верушка замолотила по ней кулаками.

— Откройте! Пожалуйста!

Но дом оставался безмолвен даже после череды ее криков и ударов.

Верушка заметалась вдоль забора, пока не заметила, что ветки одной из густых елей, высаженных по периметру, достаточно крепки, чтобы выдержать ее вес. Недолго думая, она полезла вверх, не щадя ни рук, ни лица от колючих иголок. Ей казалось, что вот-вот на нее набросятся псы, и уже почти ощущала их острые клыки, впивающиеся в тело. Слезы струились по щекам, смешиваясь с пылью и грязью, но Верушка верила, что спасение близко. Даже если Стась сейчас спит, как только он увидит ее, узнает, что произошло, то сразу поможет, успокоит и обогреет. Главное, добраться до него живой.