Книга Хозяйка пряничной лавки, страница 87 – Наталья Шнейдер

— Добрый день, — приветливо произнесла я и отступила, приглашая войти.

Ветров моргнул. Кажется, он ожидал другой реакции.

— Дашенька… — начал он дрожащим от наигранного волнения голосом, шагнув через порог. — Душа моя, как ты? Я так тревожился… Доктор вот согласился осмотреть тебя.

Он потянулся к моей руке. Я отступила. Повернулась к доктору.

— Здравствуйте, Матвей Яковлевич. Рада видеть вас при свете дня. Вы к Петру Алексеевичу?

Мудров, который до этого смотрел на меня с профессиональным интересом, удивленно вскинул брови.

— К Петру Алексеевичу? Гм… Признаться, нет, Дарья Захаровна. Ваш супруг просил меня осмотреть вас. Но, вижу, мое ночное лечение пошло вам на пользу. Выглядите вы… цветущей.

Ветров замер. Его взгляд метнулся от меня к доктору и обратно. Скорбная маска дала трещину.

— Петр Алексеевич? — переспросил он, и в голосе прорезались визгливые нотки ревнивого собственника. — Кто такой этот Петр Алексеевич? Почему доктор должен к нему приходить?

Я обернулась к мужу и улыбнулась самой светской улыбкой, на которую была способна.

— О, я непременно удовлетворю твое любопытство, Анатоль. Сразу же после того, как получу свои четырнадцать аршин кружева.

— Какого кружева? — опешил он.

— Батавского, дорогой. Того самого, за оплатой которого сегодня ко мне приходил приказчик мадам Белоцерковской. И за которое ты, как любящий супруг, почему-то забыл заплатить,переадресовав долг мне.

Ветров побагровел. Он открыл рот, закрыл его, поняв, что оправдываться при докторе в покупке кружев (явно не для жены) — это скандал.

И тут же нашел выход. Он резко повернулся к Мудрову, хватая того за рукав шубы. Глаза его расширились, лицо изобразило панику.

— Вот! Вы слышите, доктор⁈ Слышите? Кружева! Какие кружева? Я ничего не покупал! Это бред, горячечный бред!

Он понизил голос до трагического шепота, но так, чтобы я смогла разобрать:

— Она заговаривается, доктор. Придумывает людей, требует несуществующие вещи… Она опасна. Не удивлюсь, если сейчас она начнет бросаться на людей!

Я перевела взгляд на Мудрова. Доктор стоял спокойно, опираясь на трость, и внимательно смотрел на Ветрова. Потом на меня.

— Анатоль, — мягко прервала я спектакль. — Раз уж мы заговорили о покупках… Хочу поблагодарить тебя.

— За что?

— За подарки, разумеется. Известь, уксус. Ты проявил просто удивительную проницательность, прислав мне ровно то, что нужно.

Ветров вытаращил глаза. Он ожидал обиды, упреков, истерики.

— Ты… рада? — выдавил он.

— Разумеется. В хозяйстве очень пригодится. А если у тебя найдется в хозяйстве пара лишних мешков мела, я тебя расцелую, честное слово.

Муж побагровел. Я снова повернулась к доктору. — Матвей Яковлевич, не желаете ли чаю? У нас как раз пирожки теплые. И я бы очень хотела, чтобы вы все же заглянули к Петру Алексеевичу. Он выглядит здоровым, но мне было бы спокойнее.

— Кто. Такой. Петр. Алексеевич⁈ — рявкнул Ветров, забыв про роль страдальца.

Я подняла брови.

— Постоялец, Анатоль. Половина дома, договор подписан, оплата вперед.

Становилось очевидно, зачем недомуж потратил время на записки и деньги на «подарки». Хотел довести если не до нервного срыва, то до точки кипения. Чтобы, когда он явится, я вцепилась ему в волосы при докторе.

Пожалуй, стоит проверить, у кого из нас первого лопнет терпение. Конечно, вряд ли Ветров при свидетелях покажет себя настолько неадекватным, что это даст мне возможность самой объявить его сумасшедшим. Но вдруг получится?