Книга Жена Альфы, страница 3 – Клара Моррис

Он посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Будто впервые за пять лет действительно видел меня. Не «ту омегу», не «проклятое дитя», а женщину,стоящую перед ним.

— Ты не должна этого знать, — наконец произнёс он, и в его тоне появилось что-то, отдалённо напоминающее... предостережение? — Для твоей же безопасности. Чем меньше ты знаешь, тем больше шансов, что новая жизнь у тебя получится.

Он снова пододвинул второе, неофициальное досье.

— Здесь всё, что тебе нужно.

Инструкции, контакты, маршрут.

Сегодня ночью за тобой приедут. Ты возьмёшь только самое необходимое.

Я посмотрела на конверт, затем на него.

На этого могущественного Альфу, который так легко стирал меня из своей жизни, как ластиком — карандашный набросок.

— А если я откажусь исчезать? — вдруг вырвалось у меня. Не вызов. Просто вопрос.

Он поднял бровь. Там, в глубине его холодных глаз, мелькнула искра чего-то... почти уважения? Или раздражения от того, что механизм дал сбой?

— Тогда, — он произнёс слова медленно, с металлической чёткостью, — Твоя жизнь в этом городе станет невыносимой. Не по моей воле. По воле тех самых... изменившихся обстоятельств. Я не смогу тебя защитить. Я даже не буду пытаться.

В этом и был приговор. Он не просто отпускал меня. Он снимал с себя защиту. В мире, построенном на силе и покровительстве, это был смертный приговор в рассрочку.

Я медленно протянула руку и взяла оба досье. Бумага была холодной.

— Я поняла, — сказала я, и мои слова повисли в тишине кабинета.

Он кивнул, и его взгляд снова стал отстранённым, словно я уже превратилась в призрак, который вот вот рассеется.

— Удачи, — произнёс он, уже глядя на монитор своего компьютера, закрывая тему.

Это было всё. Ни «прости», ни «спасибо за годы». Просто конец контракта.

Я развернулась и вышла, оставив его одного в его кабинете, полном власти и одиночества. Тяжелая дверь закрылась за мной, отсекая последний кусочек моей старой жизни.

Анна стояла в приёмной, опершись о стол секретаря. Она смотрела на меня с едва уловимым, победным изгибом губ.

Я прошла мимо, не глядя на неё, сжимая в руках досье с моим приговором и призрачным билетом в никуда.

В моей груди уже не было ни боли, ни страха. Был только холод. И где-то в самой глубине этого ледяного озера — крошечная, едва теплящаяся искорка.

Искра ясности.

Он боялся. Не меня. А тех «обстоятельств». Он избавлялся от меня не из-за Анны и не из-за выгоды. Онубирал слабое звено. Потому что кто-то или что-то сделало меня мишенью.

Комнаты, в которых я жила пять лет, не были моими. Они были частью резиденции, как библиотека или зимний сад. Мебель выбирал дизайнер, одобрял Виктор. Шёлк на стенах, холодный паркет — всё кричало о вкусе, деньгах и полном отсутствии личности. Моей личности.

Я стояла на пороге и ждала, когда нахлынут чувства. Боль, ярость, отчаяние. Ничего. Только та самая ледяная пустота, что поселилась в груди после его слов. «Ты исчезнешь».

В гардеробной пахло нафталином. Платья, которые я надевала на обязательные приемы. Темные, сдержанные. «Жена Альфы должна выглядеть безупречно», — бросил как-то Виктор, когда я появилась в чём-то простом. Замечание, не просьба. Приказ.

Я провела пальцами по шелку. Пять лет. Пять лет брака-призрака.

Первая и единственная попытка случилась в первую же брачную ночь. Он вошёл в спальню, его запах — мощный, доминантный, подавляющий — заполнил пространство. Для любой омеги это был бы наркотик. Для меня — удушье. Моё тело, и без того слабое, сжалось в комок. Сердце забилось так, что в глазах потемнело. Я едва дышала.