Книга Призраки и духи, страница 30 – Александра Антарио

— А ты их не боишься?

— Неа, — гордо возразила малышка. — Ребята в садике показывали. Луи испугалась, а я нет. Мышки милые.

Сдавшись, Чарльз вытащил коробок из кармана, сноровисто сложил мышь и поднял её. Женевьева все это время внимательно следила за его действиями. Кажется, пыталась запомнить, как он это делает. Впрочем, учитывая, что заклинание он вслух не проговаривал, а энергию в схему вплетал почти что по щелчку пальцев, едва ли она бы сумела потом это повторить.

Мышь села на задние лапки и, чуть наклонив голову, уставилась на девочку зелёными от магии глазницами. Потом некромант заставилсвое некросоздание подбежать к краю стола и спрыгнуть на спинку стоящего рядом стула. На ней мышь и замерла.

— Ух ты! — девочка захлопала в ладоши.

Похоже, вопрос с развлечениями был решен по крайней мере на какое-то время: контролировать нежить магистр мог и параллельно с чем-то ещё. Следующие полчаса он занимался документами, а Женевьева выясняла возможности мыши.

— Дядя Чарльз, а вы можете меня научить? — через некоторое время спросила девочка.

— Чему именно? Поднимать нежить? Управлять ей?

— И тому и другому! — не стала скромничать дочь двух менталистов.

— Думаю, пока нет, — как можно мягче отказал проректор. И пояснил: — Твоей маме это не понравится. Да и у тебя ещё вряд ли получится: в твоем возрасте у большинства детей контроль слишком слабый, чтобы удержать силу ровным потоком и вплести в схему.

— Но у Рона же получается!

— Едва ли он свою мышь контролирует.

— Как это?

— Его мышь делала то, что он говорил?

— Нет, она просто бегала…

В этом не было ничего удивительного. Сам Чарльз более-менее полноценный контроль тоже освоил не в шесть лет, а несколько попозже. Хотя некрупную (но и не мелкую) нежить поднимал лет с четырёх, а то и раньше. По крайней мере, когда на него оставляли мелкую Ридару, пугать ту нежитью он уже умудрялся. Хотя справедливости ради, того кота испугался бы и кто постарше кузины: нашел его юный некромант на пустыре и был тот уже несколько несвежим.

Но обычно некроманты детей все же учить своей науке начинали позже, чем его увлеченный работой и ничего кроме неё не воспринимающий отец. Потому проректор поинтересовался:

— А ты уверена, что получается у Рона, а не у его старшего брата или сестры?

— Откуда вы узнали, что у Рона есть брат? — подозрительно прищурилась девочка.

— Просто предположил.

— Значит, он нас обманул и это не его мышь?

— Очень может быть. С мышами неопытному некроманту трудно — они небольшие, лучше взять что-то покрупнее. Кота или собаку, к примеру. Ну или бобра там, ежика… Змею на худой конец.

— А у вас есть змея? — тут же заинтересовалась девочка.

Змеи у некроманта не было, потому он покачал головой. На личике отразилось разочарование. Волей-неволей вспомнишь, есть ли змеи в коллекции. Вроде бы те имелись у теоретиков, но идти к ним за змеёй даже звучало как-тостранно. Тесла, конечно, выдаст, но бумаги заполнить заставит. А где бумаги, там и слухи. Впрочем, ему все равно надо в деканат боевой некромантии. А уж у кого материал для подъема имелся самый разнообразный, так это у них. Да и в анатомичке, расположенной как раз неподалеку от их деканата, наверняка змеи имелись… Да точно имелись, питона фундаменталисты правда явно ещё не собрали.