Книга Грим, страница 196 – Анастасия Худякова

Теодора погладила траву у подножия плиты, точно она была волосами склоненной к земле головы.

– Он заботится обо мне. И понимает, потому что тоже терял. Это все, чего я бы, наверно, хотела для будущей себя. И все это у нее будет, как уже было когда-то.

Она подняла голову. Налетевший ветер прогнал облака, и стоящий против солнца камень засветился.

– Я больше не бегу и не ищу, потому что все здесь. – Она прижала ладонь к груди. Сердце на мгновение сбилось. – Это – твои дары. Это смысл. Истина, разум и любовь. Все здесь и все это – твое, а значит, и мое.

Она сидела не шевелясь, пока колени не начали пульсировать от боли. Теодора поднялась, оправила пальто и снова коснулась камня, теперь уже обеими руками. Она говорила ему о своей любви – вслух, мысленно, тактильно, как умеют только те, чья любовь прошла испытание разумом, верой и сердцем и навечно осталась в теле, слившись с кровью, став ее компонентом, въевшись в кости, вплетясь в сосуды под черепной коробкой. Эта любовь была и осталась верой, которую она никогда не сможет предать.

* * *

Теодора пришла пешком. Так же шла она и обратно, ей хотелось дышать. Платановой аллее не было конца. Она врезалась прямо в небо. Теодора скоро свернула и пошла вдоль небольших частных домов, таких тихих, что было едва заметно, как они сонно дышат в ожидании вечерней суеты. Впереди показался супермаркет и вместительная парковка перед ним. Теодора остановилась посреди тротуара, чтобы проверить полученное сообщение, и вдруг резко вскинула голову, напряглась.

С парковки за ней наблюдали. Это была рыжеволосая женщина среднего роста. Теодора убрала телефон и снова оглянулась. Женщина смотрела на нее. Потом, словно в подтверждение, вскинула руку и помахала. Теодора присмотрелась внимательнее. Она казалась знакомой, но… Теодора зашагала через дорогу к парковке, все быстрее, а когда остановилась, протянула руку и искренне пожала маленькую ладонь Авроры Розендаль.

– Не думала, что мы с вами еще увидимся, но надеялась на это.

Аврора не изменилась. Все та же уверенная улыбка на пухлых розовых губах, идеальный неброский макияж, безупречный костюм, прекрасная осанка. Теодора восхищенно смотрела на ту же скромную, полную достоинства королеву, выковавшую свою корону в одиночку, но как же ярко она сияла! Она вскинула брови, услышав слова Авроры.

– Почему же?

– О, я теперь редко здесь бываю! Скоро насовсем перееду во Францию.

– Может быть, пройдемся? Мне бы очень хотелось с вами поговорить, – немного робко предложила Теодора.

– С удовольствием! Погода балует.

Они направились вдоль аллеи, по одну сторону которой в глубине стояли одноэтажные аккуратные дома, наполовину скрытые деревьями и разбитыми садами, а по другую теснились частные магазины, лавки и крошечные уютные студии художников, фотографов и мастеров небольших производств. Аврора с интересом рассматривала спутницу, но ненавязчиво, очень аккуратно. Теодора же была очарована, как и в прошлую встречу, только теперь порадовалась тому, что выглядит куда лучше. Она вдруг подумала, что, когда встретила Аврору в прошлый раз, ее жизнь тоже стояла на перекрестке, ровно как и теперь.

– Расскажите, почему вдруг Франция?

– Ну вот, сейчас придется хвалить себя, – хитро улыбнулась Аврора, блеснув красивыми зубами. – Я с головой ушла в дизайн и модную индустрию. Собственные модели создавать интересно, но мне захотелось масштаба, так что я развиваю бренд и планирую создать модный дом, но, разумеется, не здесь. Париж идеален для этого.