Книга Неисправная Анна. Книга 1, страница 178 – Тата Алатова

Голубев вздыхает, дергает с переносицы очки, начинает их протирать.

— Суд может поставить под сомнение вашу экспертизу, Анна Владимировна, — объясняет он довольно твердо. — С учетом того, за что вы были сосланы…

— Но это глупо, — недовольно замечает Петя. — Какой тогда вообще прок от подобного механика в нашем отделе?

Анна молча подтягивает к себе бумагу, чтобы написать отчет о цехе московского умельца, и убеждает себя, что ей все равно до слов Пети. Но ей не все равно. Теперь высказывания о ее бесполезности ранят, и это неприятно.

— Я думаю, это всего лишь временная предосторожность, — рассудительно размышляет Голубев. — Позже этот запрет будет снят.

— Когда я докажу свою благонадежность? — усмехается Анна.

— Но вам ведь не на что жаловаться, — успокаивает ее Голубев. — Кому охота возиться с банковскими мошенниками, когда есть такие захватывающие дела, как убийство в вагоне первого класса.

— Я просто не понимаю, — угрюмо отвечает она. — Я работала с сейфом в деле студента Быкова, с частным хранилищем в деле купчихи Штерн, с охранной системой — в музее Мещерского. И ни о каких запретах не слышала.

Петя переводит блестящие любопытные глаза с Анны на Голубева, совершенно забыв про свои заботы.

Голубев выразительно смотрит наверх, для надежности еще и пальцем указывает на потолок.

— Архаров? — угадывает Анна.

Он поднимает и палец другой руки.

— Зарубин, — соображает она и находит даже нечто забавное в том, что начальник сыскной полиции так сильно боитсяскандалов, что не допускает ее «преступный ум» к тем делам, где она наиболее сильна.

Что же, им же всем хуже, убеждает себя Анна, возвращаясь к отчету. Она злится на нелепость такого запрета и не позволяет себе вспоминать, как смотрела на этот город после своего возвращения. Как на игрушечную копилку, которую слишком легко взломать. Не то чтобы казенные сундуки ей казались более заманчивыми, чем частные, но, определенно, к империи счет накопился длиннее, чем к случайным богачам.

— Анна Владимировна, — негромко зовет ее Петя. — А вы помогите мне неофициально, а? В отчете вашей фамилии не будет — и хлопот никаких.

— Петр Алексеевич, — возмущается Голубев. — Вы совсем совесть потеряли?

Мальчишка подмигивает ей за его спиной, и Анна неуверенно улыбается в ответ. Наверное, это очень по-детски, но пусть хотя бы в такой малости обмануть неведомого ей Зарубина очень хочется.

***

Они поднимаются на совещание через несколько минут. Анна мрачнеет еще сильнее, осознавая, что дальше сыщики будут носиться по Петербургу и Москве, и искать Иванов Ивановичей, и разгадывать загадки. А ей придется смирно сидеть в мастерской и выслушивать размышления Пети.

Но, возможно, Прохорову достанется новое интересное расследование, и тогда Анна постарается к нему приклеиться.

Бардасов, бледный, усталый и заспанный, едва не промахивается мимо стула, когда падает на него. Прохоров смеется:

— Но-но, герой, лоб себе не разбей.

— Да какой уж там герой, — отмахивается тот.

— Неужто поймали своих кредитных взломщиков, Андрей Васильевич? — ахает Анна.

— Не сказать, что поймал, — морщится он, — скорее, подкараулил. И бывают же такие гадкие дела, где ни в какую к злоумышленникам не подберешься, вот только и остается, что засады устраивать и надеяться на удачу.

— Да таких дел большинство, — ворчит Прохоров.