Книга Неисправная Анна. Книга 1, страница 177 – Тата Алатова

— Остановитесь, Анна Владимировна, — мягко предлагает он. — По одному умозаключению за раз, иначе мы совсем потеряемся. Благодарю за службу.

— Я не знаю, что на это отвечать. Рада стараться? Так я просто в «очко» играла.

— И проиграли, что важнее, — снова смеется он.

Анна насупленно отворачивается. Ей что-то совсем не смешно.

В квартиру на Свечном переулке Анна заходит ближе к полуночи. Здесь тихо и темно, все спят и ее возвращения еще не ждут. Она осторожно снимает пальто, на цыпочках проскальзывает в ванную, стараясь не скрипеть старыми половицами. Колеблется, но не решается запускать нагреватель, уж больно он гудит. И умывается холодной водой.

Зина просыпается от шуршания одежды. Как и все, кто хорошо знаком с изнанкой бытия, она спит чутко.

— Аня, ты откуда? — она трет глаза, потом подскакивает. — Аня!

Зина торопливо спускает босые ноги с кровати, включает лампу, запускает руку под матрас и протягивает несколько плотных гербовых бланков.

— Это человек Зотова привез, — говорит она торопливо. — Ань ерунда какая-то. Целый саквояж денег сменять на бумажки!

«На предъявителя», — читает Анна и улыбается.

— Каждая бумажка равна ста рублям, — объясняет она, — с процентами. Видишь купоны?

Зина все равно подозрительно хмурится.

— Ну если ты так говоришь, — бормочет она.

Анна тоже засовывает облигации под матрас.

— Как вы съездили? — спрашивает Зина. — Ты голодная?

— Ты ложись снова, — просит Анна, — и я тоже лягу. Всё завтра уже.

В родной кровати мягко, тепло и тихо. Но в ушах еще грохочет поезд, как будто покачивает из стороны в сторону. Анна велит себе спать, но никак не может отделаться от мысли, что в Петербург она вернулась другим человеком, не такой, какой уезжала отсюда.

***

Это ощущение не покидает ее и наутро, когда они с Голубевым входят в управление на Офицерской. Кажется, случилось так много с тех пор, как Анна была здесь в последний раз, хотя на самом деле прошло всего пару дней.

Дежурный Сема кивает им без удивления — стало быть, Архаров уже здесь, и об их возвращении в конторе знают.

Петя, что странно, тоже в мастерской, хотя обычно он не склонен заявляться в такую рань. Его стол завален чертежами, документами и деталями сейфов.

— Наконец-то вернулись, — обрадованно говорит он. — Анна Владимировна, спасайте, я с этим банковским клерком совсем закопался.

— И вам доброе утро, Петр Алексеевич, — иронически отвечает Голубев. — А я вам еще вчера говорил, что вам пора научиться проводить экспертизу самостоятельно.

— Я умею самостоятельно, — обижается Петя, — но Прохорову все мало. Теперь он хочет, чтобыя описал натуру мошенника, как Анна Владимировна это сделала в кукольном театре. Говорит, Лыкова сие весьма впечатлило.

— Неужели? — удивляется она. Насколько ей помнится, Лыков выглядел в тот день скучающим, а не впечатленным. А вот поди же ты — успел поделиться. — Я могу взглянуть, коли вам угодно…

— Не можете, — с неожиданной резкостью запрещает Голубев.

— Виктор Степанович, — негодующе протестует Петя, — вы несправедливы ко мне.

— Не к вам, — коротко бросает старый механик, явно расстроенный.

— Ко мне? — недоверчиво поворачивается к нему Анна.

— Простите, — он не отводит глаз. — Но у меня четкое распоряжение: не допускать вас к любым банковским делам.

— Ну конечно же, — тут же вспыхивает она. — Я же немедленно взломаю первый попавшийся мне на глаза сейф.