Книга Пособие по приручению принца. Инструкция прилагается, страница 42 – Katharina

И этот абсурд был настолько оглушительным, что снёс все его защитные барьеры. Перед силой он мог устоять. Перед насмешкой — вознегодовать. Но перед абсолютной, непробиваемой деловитостью он оказался беззащитен. Она разоружила его не магией, а бюрократией более высокого порядка.

— Вы… пришли ко мне, Владыке Тьмы, Пожирателю надежд… с жалобой на коммунальные услуги?

— А с чем еще приходить? — искренне удивилась Света. — Если у вас протекает крыша, вы идете к соседу сверху. У нас протекает река — мы пришли к соседу снизу. По карте выходит, что вы как раз над водоносным пластом.

Сайрус тихо ахнул. Малок продолжал смотреть на нее, и в его глазах что-то шевельнулось — не ярость, а крайнее недоумение.

— Вы не такая, как другие, — наконец сказал он.

— Мне часто это говорят. Итак, вода. Что с ней?

— Какая разница? — он махнул рукой, и этот жест был полон такой безысходной усталости, что Света почувствовала не страх, а жалость. — Все равно все бессмысленно. Мир погряз в глупости и пороке. Его надо очистить. Огнем и мечом.

— Стандартная программа, — кивнула Света,как будто он сказал что-то очевидное. — Но позвольте задать вопрос. Это желание «очистить мир огнем»… оно когда у вас появилось? Лет в пятнадцать? После того как отец вам сказал, что вы никогда не будете так же сильны, как он? Или, может, после того как девочка, которая вам нравилась, предпочла вам какого-нибудь хама с накачанными бицепсами?

Малок замер. Его тусклые глаза сузились.

— Что ты несешь?

— Мне не нужно досье, чтобы это видеть, — парировала Света, её взгляд скользнул по потрёпанным доспехам, пыльному трону, по его усталой, невыспавшейся позе. — Вся эта бутафория кричит об одном. Вы не Владыка Тьмы. Вы — обиженный подросток, который так и не смог повзрослеть. Посмотрите вокруг! Настоящий тиран, жаждущий власти, содержал бы свою крепость в идеальном порядке. А здесь... здесь просто скучно. Вам самому скучно. Вы играете в роль, которая вам наскучила, но вы слишком боитесь признаться в этом даже самому себе. Вы не хотите разрушить мир. Вы просто хотите, чтобы все наконец-то обратили на вас внимание и перестали сравнивать с отцом. Верно? Сын верховного мага Аргента?

В зале повисла гробовая тишина. Сайрус смотрел на Свету с открытым ртом. Малок сидел, словно парализованный. Его лицо стало серым.

— Молчи, — прошипел он, но в его голосе не было силы, лишь дрожь.

— Вы не хотите уничтожить мир, лорд Малок, — продолжала Света, ее голос был спокоен и почти сочувственен. — Вы хотите, чтобы ваш отец, хоть посмертно, наконец признал, что вы чего-то стоите. Но он мертв. И вы остались один на один со своей детской обидой, которую раздули до размеров вселенской угрозы. Это не зло. Это трагедия. И, честно говоря, это немного… жалко.

— ЗАТКНИСЬ! — Малок вскочил с трона. Темная энергия заплелась вокруг его кулаков, но это было жалкое, неуверенное свечение. — Ты ничего не понимаешь! Он… он всегда презирал меня! Говорил, что я слаб! Что я недостоин его имени!

Малок стоял, тяжело дыша. Магия вокруг его рук погасла, словно её задули жестокие слова незнакомки. Он смотрел на Свету, и в его глазах была не ненависть, а растерянность, как у ребенка, которого только что отчитали за проказу, которую он считал геройством. Он слышал эти слова раньше — шепотом за спиной, в собственном сердце, — но никогда вслух, и уж точно не с такой убийственной, лишённой всякогопафоса, точностью. Вся его титаническая, многолетняя злоба оказалась сдутым пузырем.