Онлайн книга «Сердце Феникс»
|
Кира шла рядом с Финорис и Фиреном. И вместе с ними тянулась длинная вереница кадетов. Пальцы невольно сжимали рукоять кинжала под доспехами. Сзади доносился стук сапог по каменной лестнице. Мысли о привязке души заставляли сердце биться быстрее, и кровь шумела в ушах, приглушая звуки вокруг. Все внутри сжималось от страха неизвестности. Она надеялась на простую церемонию – может быть, действительно, они соберут по капле крови в тот самый магический кубок, который упомянул Фирен, и символически станут частью гарнизона. Простая формальность. Наконец коридор закончился и перед ними открылся просторный зал, вырубленный прямо в скальной породе. Посередине возвышался Монолит – величественный, черный. Его гладкая поверхность, будто живая, мерцала в отблесках магического огня, и там, где свет задерживался, можно было различить бесконечные ряды имен, уходящие вверх и теряющиеся в темноте. – Драконовы кишки, – тихо выдохнул Фирен, запрокидывая голову. – А где кубок? Кира не могла отвести взгляд от Монолита. Что-то из его глубин, древнее и живое, будто наблюдало за ними. Очевидно, Фирен ошибся: кубка нигде видно не было. Предстоящий ритуал не казался формальностью, здесь ничто не предполагало символического обряда. Монолит требовал большего. Это место помнило всех, кто стоял здесь до них. Их имена были высечены в самом сердце гарнизона. Их кровь стала частью его магии. Кровь фениксидов и драконитов. – А что конкретно происходит, когда кто-то… – Финорис запнулась. – Умирает? – Кадет впереди них, драконит с темными, как обсидиан, глазами, медленно повернул голову. – Тогда твое имя проявляется на Монолите и больше не исчезает. Оно остается здесь навсегда. А душа вплетается в магию крепости, становясь частью ее защитного купола. – Вот почему тенебр тогда не смог пробраться, – Финорис вспомнила разговор Драйтона с их сопровождающим у ворот, когда они только прибыли. В зале повисла тишина. Кира уловила, как кто-то тяжело сглотнул, пока все выстраивались кольцом вокруг Монолита. Даже дракониты, которые обычно относились ко всему с ленивым безразличием, выглядели настороженными. – Это же жутко… – прошептал кто-то позади. – Нет, – холодно произнес Шеду. Он стоял неподвижно, но тени у его ног едва заметно двигались. – Это честь. В конце концов, мы все здесь ради этого. Аарон, стоявший рядом, взглянул на Шеду. На его лице мелькнуло сомнение, но он промолчал. Капитан Драйтон шагнул вперед: – Гарнизон – больше, чем крыша и стены. Здесь кровь предков, что связывает нас воедино. Здесь тени павших, что следят за нами. Огонь, что испытывает нас. Он вынул кинжал из ножен. Лезвие сверкнуло в свете факелов. – Я, капитан Драйтон, отдаю свою кровь Поднебесью. Он рассек ладонь, и кровь капнула на камень. Монолит завибрировал, имя капитана вспыхнуло на поверхности золотым светом, а затем медленно погасло, слившись с темными символами. Драйтон отступил. Один за другим кадеты подходили к камню. И каждый, остановившись перед ним, повторял слова присяги. – Я, кадет Элорн, отрекаюсь от старых войн… Лезвие рассекло кожу. Кровь впиталась в камень. Следующий шагнул вперед. – Огонь испытает мой дух… Они произносили слова клятвы, и каждая капля крови вплетала их души в магию крепости, в ее историю. Финорис нервно сжала плечо Киры, наблюдая за всполохом искр от Монолита. |