Книга Мой бывший дракон — предатель, страница 7 – Тала Ачалова

Витиеватый браслет, появившийся на моем запястье, черный.

— Это что такое?

Норман хватает меня за запястье. Смотрит на браслет.

— Что за… чертовщина, — цедит раздраженно и поднимает на меня злой взгляд. Его пальцы сжимают мое запястье, делая больно. Кожа в месте его прикосновения начинает мгновенно гореть.

— Я не знаю, — с силой вырываю свою руку из его, растирая запястье.

— Плохой знак…Черная метка…— разносится шепоток по зале.

— Всем молчать! — рявкает Норман, обводит взглядом собравшихся. — Продолжаем. А вы, адептка, зайдите ко мне в кабинет сразу после ужина.

Какой тут ужин…Когда дело доходит до трапезы, мне кусок в горло не лезет, хоть стол и полон угощений. Здесь и ароматное мясо, запеченное с овощами, клубни батата с травами.

Ко времени подачи десерта — легких и воздушных как облачко безе с ягодами — меня мутит от ожидания. Неизвестность хуже всего. Что хочет сказать мне Норман? Что услышать?

Еще браслет на руке — черный. Перевожу на него взгляд. Что это значит? Явно же ничего хорошего…

Едва дожидаюсь окончания ужина и одна из первый выбегаю из столовой.

Иду прямиком к кабинету ректора. Уж лучше так: поговорю быстро и уйду. Что нам обсуждать, в конце концов? Прошлое? Пфф.

А в настоящем мы встретились лишь случайно. И я искренне надеюсь, что ненадолго. В ту минуту, как я найду то, что ищу, меня здесь не будет. Если бы еще не этот дурацкий браслет…

— Не терпится пообщаться со мной глазу на глаз? — слышу позади себя насмешливый голос. Норман легок на помине.

Взмахом руки он предлагает мне зайти в его кабинет.

— Ты сам вызвал, — напоминаю ему холодно. И только драконьему богу известно, чего стоит мне эта напускная отстраненность.

Внутри лава вскипает. Хочется крикнуть ему что-то в лицо: дерзкое, злое, обидное.

Дверь с тихим шутом закрывается за нами, отрезая от внешнего мира, и мы оказываемся в тишине кабинета Нормана.

Представляла ли я себе нашу встречу? Я отметала такую возможность на корню, ведь мы с мамой переехали в другой город еще до рождения дочки.

И запрещала себе думать о Нормане. Только так смогла выплыть в непростое для себя время.

— А ты изменилась, Энни, — тихий голос Нормана царапает хриплыми нотками. Он садится на край стола из темного дерева. Не таясь, рассматривает меня из-под полуприкрытых век. Расслаблен и уверен в себе, как никогда.

— А ты не очень, Норман, — расправляю плечи, не позволяя гнету его ледяного взгляда давить на себя.

— Уже не та милая скромная девочка, — дракон кривит губы в усмешке.

— О, поверь мне, той девочки давно уже нет, — едкие слова прожигают все мое нутро. Но я и впрямь не та наивная дурочка, которой была пять лет назад.

— Ее и не было, должно быть. В тебе всегда сидела червоточина, которую ты долго не могла сдерживать.

Мне обидно, будто от пощечины. Внутри словно спичка чиркает, запускает внутренний жар, так, что щеки начинают гореть.

— Теперь я точно уверена, что ты, Норман, не изменился. Лишь маску сбросил. И наконец показываешь свое истинное лицо, — цежу сквозь зубы и отворачиваюсь к окну, чтобы немного успокоится.

— На этом обмен любезностями закрываем. Давай начистоту. Зачем ты здесь? И почему браслет посвящения на твоей руке — чёрный?

— Понятия не имею, — опускаю взгляд на черную метку на запястье. — Что насчет академии… Я здесь для того, чтобы учиться. Как и все.