Книга Мой бывший дракон — предатель, страница 48 – Тала Ачалова

— Да, Энни, — медленно произносит Дэйлис, ее голос звучит трескуче, — мы сильно перед тобой виноваты. И за это я говорю тебе свое искреннее: прости. Правда, девочка, прости меня… Прости…

Я верю Дэйлис. Верю в искренность ее слов.

Проблема в том, что это ничего не меняет. Рана слишком глубока, чтобы ее можно было залечить простым «прости».

И она, глядя на меня с застывшими в глазах слезами, словно каплями росы, понимает это. Она видит всю боль, всю горечь в моем взгляде.

— Мне осталось недолго, Энни. Пожалуйста… Я хочу провести это время рядом со своей единственной внучкой. Если ты позволишь. Я хочу вдохнуть запах ее волос, увидеть ее улыбку, услышать ее смех.

— Я и не собиралась запрещать, на самом деле, — говорю после паузы, тихим голосом. — Это Норман вновь не оставил мне выбора. Он поставил ультиматум.

— И он уже понял, что совершил ошибку… Он осознал,что потерял самое дорогое в своей жизни…

— Не хочу! — обрываю ее. — Я не хочу ничего про него слышать. Я хочу оградить от него себя и свою дочь.

— Он все равно найдет вас рано или поздно. Без моей помощи. Но найдет, словно охотник, идущий по следу своей добычи. И тогда, каким бы ни было твое решение сейчас, я буду на твоей стороне. Потому что понимаю тебя. Как мать. Потому что знаю, какую цену ты заплатила за свое счастье.

* * *

Тот разговор с Дэйлис еще долго не дает мне уснуть.

Мыслей так много, что они безостановочно крутятся в голове.

Мне ее правда жаль: как женщину, как мать, как просто человека…

Но дать ей шанс — значит подвергнуть себя и Софи огромному риску быть раскрытыми.

Сегодня Дейлис ушла. Тихо и молча. А я пообещала подумать и, смалодушничав, согласилась на будущую встречу.

Если подумать, это и было моим ответом. Согласием.

Но я оставляла себе шанс уйти, чтобы снова скрыться. Потому что в этом вопросе я точно не тешу себя иллюзиями: если я приму решение не продолжать общения с Дейлис, нам придется менять место жительства. Что бы ни обещала мама Нормана.

В этом вопросе я не могу позволить себе такую непозволительную роскошь, как доверие.

Рано или поздно ее сердце матери сжалится — и она выдаст нас Норману. И ради чего тогда это всё?

Так и не придя к единому верному решению, я встречаю рассвет не сомкнув глаз.

Чего не отнять у места, где мы сейчас живем, так это сказочной, яркой красоты. Вся палитра красок смешивается в рассвете. Яркое золото и оранжевое тепло солнца оттеняет прозрачная синь моря. Дух захватывает.

А воздух… Прозрачно-звенящий, с терпкой солью, кажется и впрямь может исцелять. Физические раны — так точно. И если бы душевные можно было бы исцелить также…

На секунду, не сотую ее долю, я закрываю глаза и отпускаю себя. Представляю…

Какой бы могла быть моя жизнь рядом с Норманом.

Наверняка мы бы часто выбирались к морю — каждые летние каникулы, так точно. Мы бы могли вместе любоваться, как София увязает пятками в мокром песке, шлепая по морскому побережью.

А потом также вместе встречать рассвет…

Сердце простреливает давней, застарелой болью. Такой мощной, что я сгибаюсь.

Помечтала?

Боль, словно ядовитый плющ, оплетает мое сердце, высасывая последние капли силы.

Поэтому, когда я вновь встречаюсь с Дейлис, я практически готова ответить отказом.

Мы идем по набережной, тихой и почти безлюдной, словно затерянной во времени.