Книга Мой бывший дракон — предатель, страница 45 – Тала Ачалова

Для меня же этот звук становится одновременно неожиданностью — у нас никогда не бывает посетителей, — и предчувствием беды.

Озноб пробирается под кожу, обнимая своими ледяными пальцами.

Стук повторяется, настойчиво и требовательно.

Я едва передвигаю ноги и иду к двери. Заставляю себя ее открыть.

Глубокий вдох.

На пороге нашего жилища стоит женщина.

На пороге нашего жилища стоит женщина.

Ее волосы, цвета воронова крыла, безупречной волной уложены в строгую прическу, закрытое платье из темной парчи идеально подогнано по безупречной фигуре. И взгляд… Сосредоточенный и в тоже время окутанный легкой грустью. Эти глаза цвета незабудок, я узнала бы их из тысячи.

Кажется, минула вечность с нашей последней встречи. Воспоминания о ней в деталях врезались в память словно шипы розы, болезненно и навсегда.

Мать Нормана.

За прошедшие годы она почти не изменилась. Возможно, только чуть ярче стали видны морщинки, подчеркивая ее утонченную красоту.

— Здравствуй, Энни, — первой прерывает молчание она.

Я же, когда первый шок от происходящего сходит, перевожу взгляд за ее плечо.

Что я ожидаю там увидеть? Вернее было бы спросить: кого? Нормана, его людей… Кого угодно из того, прошлого мира, откуда мы с Софией сбежали.

И вот теперь он нас настиг.

— Я пришла одна, — тихий голос Дейлис Фрейз ударяет по моей выдержке словно молот по наковальне.

Я готова захлопнуть дверь перед самым ее носом и позорно сбежать. Сбежать… Вот только: куда?

— Прошу лишь выслушать меня, — я слышу, как голос Дейлис слегка дрожит, — клянусь, что не причиню вам вреда. Никто не знает, где я.

И не нужно быть прорицателем, чтобы понять: под словом «никто» она имеет в виду определенно Нормана. Только его.

— Как вы нас нашли?

Я не двигаюсь с места, не собираясь так просто капитулировать. Стараюсь закрыть собой весь дверной проем, чтобы Софи не было видно. Наша комната столь мала, что просматривается вся прямо с порога.

Правда, едва ли мой жест оправдан. Дейлис, уж если ей удалось благодаря каким-то неведомым силам нас найти, наверняка знает, что и дочка здесь, со мной.

— Мне помогло материнское чутье, — мама Нормана смотрит прямо на меня, не таясь. В ее взгляде нет вызова. Нет привычного превосходства и холода.

Она будто все та же внешне, но при этом внутри — абсолютно другая. Иная манера разговора, более мягкий тембр голоса и взгляд.

Все это может быть обманом, ловушкой, хитро сплетенной ложью, ведь Дейлис умна и знает, на что можно надавить. А я не могу рисковать.

— Извините, Дейлис. Но, увы, вы не входите в круг лиц, которым я могу доверять. Поэтому…

Я хочу закрыть дверь. Уже тянуськ ручке, чтобы отрезать Дейлис от моего хрупкого, нового мира. Успеваю даже с горечью осознать, что придется сорваться с насиженного места.

Новый переезд… Поиски новой школы для Софии и работы для меня.

— Я пришла с миром! — с каким-то отчаянием и надрывом восклицает Дейлис. — Прошу, хотя бы выслушай… А потом, если ты захочешь, я уйду.

И вот сейчас остатки ее былой самоуверенности трескаются и крошатся в пыль. С лица сползает последняя маска холодной отчужденности, являя передо мной обычную женщину: приземленную, чуть уставшую и умудренную опытом.

Она мнет в руках платок, промакивает им глаза. И я в очередной раз понимаю: все это могло быть обычный спектаклем, призванным надавить на мою жалость. Но все-таки это не так.