Книга Мой бывший дракон — предатель, страница 25 – Тала Ачалова

Пока я раздумываю, Норман рычит и напирает:

— Ну же, Энни. Я должен знать все. И помочь. Раз уж ты не смогла.

От его наглости начинаю задыхаться.

— Знаешь, Норман, — теперь рычу уже я. — Давай-ка на выход. Поговорим в холле. Здесь не место.

Разворачиваюсь и иду прочь. Пусть думает, что хочет, но ругаться в комнате Софи, даже не смотря на то, что она спит, я не буду. А по-другому у нас не получается…

Я спускаюсь вниз и вижу маму, которая сидит на диванчике с ошарашенным видом.

Она поднимает на меня глаза, полные вопросов, на которые я пока и сама не знаю ответов.

Едва качаю ей головой и понимаю, что Норман бесшумно спустился следом за мной.

Резко разворачиваюсь и вскидываю подбородок, встречаясь взглядом с драконом. В конце концов, это он на моей территории.

Норман смотрится огромным в нашем небольшом доме, который ему попросту мал. Темная мощная фигура заслоняет весь дверной проем, и кажется, будто даже кислорода рядом с ним становится меньше.

— Чай не предлагаю, Норман, — выравниваю дыхание, — а потому давай сразу к делу.

— Без проблем, — легко соглашается дракон. — Для начала я хочу услышать все про болезнь дочки. Все, включая любые мелочи, что могут показаться незначительными на первый взгляд.

И пока я раздумываю, с чего лучше начать рассказ, Норман припечатывает:

— А потом я заберу Софи.

И я докажу тебе, чешуйчатый гад, что достойна быть адепткой твоей академии (а грозно смотреть я и сама умею!).

В первую секунду мне хочется закрыть глаза и уши, чтобы не слышать жестоких слов. Именно тех, которых я боялась больше всего на свете. Отчаянно. Неистово. Бескомпромиссно. Потому что в глубине души знала: если Норман узнает о дочери, едва ли оставит нас в покое.

Я поднимаю голову вверх, утыкаюсь взглядом в потолок и пытаюсь проморгать слёзы. Все не так… Не так все должно быть.

— Я жду, Энни, — напоминает Норман о себе, будто я и впрямь могу забыть. — Рассказывай. Судя по тому, что я видел, у моей дочки не так много времени.

И как ты я не стараюсь взять себя в руки, его слова взрывают меня. Открывают внутри заслонку, из которой вываливается все самое болючее, что есть во мне.

— Твоя⁈ — я пока не кричу, но в голос уже вплетаются нотки истерики. — Твоя, Норман! Черта с два я тебе ее отдам!

Именно так. Я костьми лягу, но выгрызу свое право на дочь!

— Успокойся, Энни, — выглядит Норман невозмутимо, даже бровью не ведёт, — сейчас не время для твоих истерик, ты не находишь. Дочке нужна помощь, и если ты введешь меня в курс происходящего, будет проще, ты не находишь?

Я молчу. Во мне говорит чувство противоречие и то, что я не могу смириться с тем, что Норман все узнал.

Просто взял и вероломно ворвался в мой дом, мою жизнь, пробрался в самое нутро и вытащил самое сокровенное. То, что я так отчаянно охраняла от него.

Пока я мешкаюсь, слово берет мама. И, несмотря на мой молчаливо-возмущенный взгляд, рассказывает Норману о болезни Софии: когда началась, как протекала и к чему привела.

Замолкает она лишь на моменте, когда я узнала, где можно найти упоминание о том, с помощью создания какого артефакта можно попытаться спасти Софи.

Мама поднимает взгляд на меня, в котором застыл немой вопрос: рассказывать ли дальше, до конца?

Я тихо вздыхаю и подхватываю:

— Я узнала, что можно найти ответы в гримуаре отца-основателя академии. Потому и поступила. Искала его записи и нашла столовой. Как раз тогда ты меня и застукал. Но я успела все переписать, передала процесс создания артефакта мистеру Дейлу. И теперь…